Вестеле рассмеялась, так тихо и ненавязчиво:

– Ох, я непостоянна. Но, говорят, особенно недурно я играю на рояле. Картины у меня получаются много хуже. Цветы я, признаться, люблю, но предпочитаю смотреть на них, а не выращивать. Иногда вышиваю, но чтение мне кажется куда более увлекательным. В Серебряном Ручье моим дедом собрана огромная библиотека…

– Что ж, тогда я как-нибудь, когда у вас будет время, с удовольствием послушаю, вашу игру на рояле. До встречи, леди Эванеску.

– Можно просто Вестеле.

Дункан кивнул и поспешил на завтрак. Внутри заворочалось какое-то странное ощущение, идентифицировать которое хирург пока не мог: радость, что он вовремя сориентировался и всё обошлось? Снова вскрывшаяся боль от осознания своего диагноза? Неясная, ускользающая надежда?

Донесение с красной полосой, полученное королем несколько дней назад от его эльфа в Срединном Полесье, принесло неожиданную весть. Не имея более близкого информатора к Грозовому Берегу, Анарион поставил задачу хотя бы попытаться выяснить, сколько раз и когда Лорган выезжал из родного княжества за последний год. Ну и на светлейшего князя Полесья добыть такую же информацию за компанию. Король не считал Таурохтара благонадежным, но тот и не скрывал своей антипатии к его величеству, хотя присягу принес.

Если сложить данные из нескольких источников, получалась любопытная картинка. Лорган трижды навещал Ясеневый Лес, а путь туда из Грозового Берега неблизкий. Причем он был там в прошлом году, примерно за пару недель до злосчастной битвы в Чуждых землях. А потом, практически за несколько дней до инцидента, его видели со свитой в Омьяжгере, откуда до границы рукой подать. Но самое занимательное, что примерно в тот же период гномский город посещал и Таурохтар! А еще он там был буквально за день до того, как рухнула сторожевая башня. Совпадение? Анарион в такие случайности не верил. Значило ли это, что против него играет уже целая коалиция из Бериана, Лоргана и Таурохтара? Но если так, то план с женитьбой на Мориэль выглядит как-то мелко. Не проще ли было попытаться его убить?

Погруженный в эти размышления Анарион вошел в Залу Совета. Пятнадцать эльфов поднялись с мест, выказывая уважение королю. Его величество, на лице которого не дрогнул ни один мускул, отрывисто кивнул и, быстро пройдя к своему креслу во главе стола-подковы, сел. Это был не первый его совет, и он уже давно не мальчик, чтобы понимать: демонстрация лояльности лишь дань традициям, напускное. Где вот, интересно, был пиетет Лоргана, когда тот распорядился подсыпать монарху вороний сглаз? А Таурохтара, когда он натравил на его отряд степняков? У короля рефлекторно разжались кисти от ярости, словно желая пропустить Силу. Хорошо, руки еще были под столом, и этого никто не мог заметить. Нельзя поддаваться эмоциям. Разум должен оставаться холодным.

Хорошо, что церемонию представления успешно удалось совместить с экстренным собранием Совета эльфийских родов. Светлейшие князья прибыли в Аэркарас со своими половинами – хотя обычай носил более женский характер (наследника почему-то было принято показывать в первую очередь именно княгиням), но большинство эльфов мечтали быстрее заполучить аэрокары. Прямо как дорвавшиеся до игрушек дети! И даже князья Туманного Утеса и Срединного Полесья, выступающие ранее против «вторжения машин», не преминули явиться вовремя. Из светлейших пустовало кресло только Бериана Морвэна. Несмотря на заключенное перемирие, князь, как крот, зарылся в Лесу и носу оттуда не показывал. Прислал лишь пилота, которому поручал забрать выделенный ему «МакЛарен».

– Всех приветствую за этим столом, – заговорил наконец Анарион. – Сегодня у нас не столько совет, сколько простое собрание. Поскольку регламент пользования транспортными средствами утвержден и всеми вами подписан, сейчас предстоит только распределить машины. Они идентичны, но, чтобы ни у кого не было сомнений, я решил прибегнуть к простой жеребьевке.

В этот момент зашел один из слуг с небольшим черным мешком.

– Уважаемые лорды и леди, – король галантно кивнул в сторону Вестеле, единственной женщины в зале, – вытягивайте карточку с номером вашей машины из мешка.

– Простите, – заговорил дребезжащим голосом князь Туманного Утеса, – а как будет с Морвэнами и Эванеску? У них сейчас на двоих три княжества, кому достанется лишний аэрокар?

Анарион предвидел подобный вопрос, поэтому ответил сразу же:

– Аэрокар Ясеневого Леса останется в пункте посадки Аэркараса до тех пор, пока законный наследник, – король с особенным нажимом произнес слово «законный», чтобы ни у кого за столом не оставалось сомнений, как он относится к Бериану Морвэну, – не достигнет совершеннолетия.

Эльфы один за другим стали тянуть карточки. Эх, как было бы хорошо вызвать охрану, запечатать двери и допросить всех присутствующих с пристрастием. Вскрыть все воспаленные очаги разом! Но нельзя. Да, он король! Но всего лишь первый среди равных. Учини Анарион такой беспредел, разом бы потерял авторитет и годами зарабатываемую репутацию. Тут надо действовать тоньше. Для начала наведаться в Омьяжгере. Как-никак все ниточки сводятся именно туда. У его величества было среди гномов несколько надежных личных контактов, но и делиться агентурной сетью со своей же тайной службой король не хотел.