Вполне вероятно, мы бы еще немножко попикировались, но тут из кресла в углу подала голос Галя:

— Так он поможет нам или нет?

— А как же! — уверенно заявили сестры.

— Посмотрим, — осторожно заметил я.

После чего девушки перекинулись взглядами, отдав инициативу Ирине.

— У нас в газете есть журналист, политический обозреватель Сева Желтухин, — начала она. — Так вот, три дня назад я зашла к нему в кабинет, он сидит с экономическим обозревателем Таней Величко, она мне и была нужна, и в это время раздался телефонный звонок. Сева взял трубку, сказал что-то типа «я мигом» и убежал. И с тех пор его никто не видел. Я была последней, не считая Тани. И мобильник его отключился.

Теперь я понял, почему право первого слова предоставили Ирине.

— Мы обзвонили все больницы и морги, его нигде нет. Домой Сева не возвращался и в редакцию тоже, хотя в редакцию он точно должен был вернуться и, мы думаем, совсем скоро.

— Это почему?

— Он караулил главного редактора, хотел с ним о чем-то переговорить. А раз убежал, не переговорив, значит, собирался скоро вернуться. Но не вернулся. И вот мы считаем, что его похитили, — уверенно подытожила Ирина.

— А может, у вашего Желтухина срочно возникли другие планы? — предположил я. — Например, от жены решил на время сбежать?

— У него нет жены! — с вызовом воскликнула Галя.

— Тогда, может, от подруги? — внес я уточнение.

— С какой стати? — ожгла меня взглядом Галя. — Ему нечего от меня сбегать. Мы не живем вместе. Хотя Сева предлагал. А я считала, так, как сейчас, лучше.

Она гордо вскинула голову, а я еще раз про себя отметил, что у разных мужчин — разные вкусы.

— Допустим, — не стал я спорить, — тогда он мог где-нибудь элементарно запить. Или он стойкий трезвенник?

Я ждал очередного отпора, но дождался смятения в рядах.

— Ну… в общем… — смущенно засопели Малышкины, — Сева может. Это у него бывало… По несколько дней пропадал…

— Сейчас это исключено! — отрезала Галя и, чуть помедлив, добавила: — Когда у него такая работа, он никогда не пьет.

— Какая такая? — Право же, мне даже стало любопытно.

Галя пронзительно посмотрела на меня, как бы прикидывая, насколько я достоин важной информации (хотя Малышкины наверняка убеждали ее, что достоин), после чего произнесла с явной неохотой:

— Он работает на выборах мэра. У них есть команда, маленькая, но постоянная, с которой они работают на выборах уже не первый раз. Когда он на выборах работает, он никогда не пьет. Потому что сразу выгонят. А там такие деньги платят!.. Севке за них надо несколько месяцев в редакции вкалывать.

Я подумал, что если есть дни повышенной солнечной активности, то, видимо, для меня сегодня день повышенной политической активности. Не часто тебя пытаются озаботить одной и той же проблемой, к которой ты не имеешь никакого интереса. Хотя, конечно, ситуация с Козлинским и Желтухиным — это отнюдь не одно и то же, однако отличаются эти два случая друг от друга, как два пирога: начинка разная, а тесто одинаковое. Мне не надо было обладать особой догадливостью, чтобы понять: девчонки решили, что исчезновение Желтухина связано с его выборной работой, и теперь они хотят нагрузить работой уже меня.

Я мог пойти двумя путями: либо начать долго и изнурительно изображать из себя человека, начисто лишенного сообразительности, либо с ходу вклиниться в проблему с трудно прогнозируемыми для меня последствиями. Последнее меня совсем не устраивало, но я знал, что Малышкины неотвратимо прилипчивы, а они знали, что я не самый большой на свете тупица. Кроме того, дело шло к ночи, и я не хотел провести эту ночь в обществе трех девиц. Это был бы уже явный перебор.

— Ну хорошо, — сказал я, не видя, впрочем, ничего хорошего. — Насколько я вас понял, вы считаете, что Желтухин исчез неспроста, и подозреваете, что это связано с его работой на выборах. Так?

— Так, — дружно кивнули все трое.

— А от меня вы чего хотите?

— Чтобы ты… вернее ваше агентство, нашли Севу, — заявили Малышкины.

— А в полицию вы не хотите обратиться? — дал я весьма разумный совет, который мгновенно привел моих посетительниц в уныние.

— Они не будут его искать. Тоже начнут предполагать всякую ерунду, ждать, не объявится ли он сам, и все такое прочее. Опять же родителей или близких родственников у него здесь нет, Галя — не жена, поэтому наверняка найдут отмазку. Нет, мы только на вас и надеемся.

Я покачал головой.

— Ничего не могу обещать. Во-первых, окончательное решение у нас принимает Кирпичников, но его вряд ли вдохновит ваше предложение, потому как тут пахнет политикой, а это тот самый запах, который он сильно не любит. Во-вторых…

— Мы заплатим! — с горячностью опередили меня сестры.

— Однажды мне уже приходилось слышать подобное, — напомнил я, — но заплатил другой человек. Вы думаете, на сей раз это сделает Галя? — Я с сомнением посмотрел на подругу Желтухина. Судя по ее лоснящимся брюкам и далеко не первой молодости футболке, она вряд ли отличалась повышенной платежеспособностью.