— Золотистый ретривер, — с затаенной гордостью ответила Галина.

— А как зовут?

— Никак. Я еще не придумала ему имени. Раздевайтесь и проходите в комнату. Хотите кофе?

— Ну, если вам не трудно…

— Конечно, нет.

Галина отправилась на кухню, а Александра сняла короткую расшитую дубленку, изящные черные сапожки, причесалась и, подхватив щенка на руки, прошла в гостиную. Щенок урчал и все норовил тяпнуть ее за палец своими тонкими острыми, как иголки, зубами.

— Ах ты какой негодяй, весело тормошила его Александра, — такой маленький, а уже кусаешься. Вот я тебя сейчас! — и она, словно черепаху, ловко опрокинула его на спину. Повозившись, щенок поднялся на четыре лапы, но тут же был опрокинут снова. Теперь он уже был разозлен по-настоящему и звонко затявкал, призывая на помощь хозяйку.

Галина вошла в Комнату, неся поднос с кофейником и двумя чашками.

— Вы с сахаром пьете или без?

— Спасибо, без. А знаете, как его можно назвать?

— Как?

— Шалун. Или — Резвун. А еще лучше — Филя.

Галина усмехнулась.

— Спасибо за Совет, я подумаю. Но вообще-то это сука.

Она села в кресло напротив Александры и, взяв с подноса кофейник, наполнила чашки.

— Вы не удивляйтесь, ваш адрес мне дал Виктор Сергеевич, — заговорила Александра, делая первый глоток. — Они с моим отцом знакомы еще по Высшей партийной школе. А пришла я к вам по просьбе своего папы, это он просил меня вам обо всем рассказать и извиниться… если вы, конечно, сможете его простить.

— А за что я должна его прощать? — удивилась Галина. — Я его видела всего один раз в жизни.

— Да, но зато он вас видел и раньше, — Александра поставила чашку на стол и внимательно посмотрела на Галину. — Знаете, то, что я вам должна рассказать, просто ужасно. Я и сама узнала об этом два дня назад, но решилась прийти только сегодня. Вы готовы меня слушать?

— Да, — настороженно ответила Галина, все больше удивляясь и уже заранее чувствуя, что речь пойдет о событиях той самой ночи.

Александра вздохнула и спустила щенка с дивана на пол.

— Я вам уже сказала, что мой отец и ваш дядя давно знакомы, и у них были какие-то общие дела. Я ничего об этом толком не знаю, а отец меня всячески уверял в том, что он был только посредником, хранил и передавал какие-то чемоданчики и ни в чем таком не замешан.

— В чем — «таком»?

— Да не знаю я! — с досадой воскликнула Александра. — Это все какие-то темные, мафиозные дела.

Ваш отец связан с мафией?

— Да не мой отец, а ваш дядя!

— Ну, девушка, вы что-то путаете, презрительно сказала Галина. — Этого не может быть.

— Я понимаю, как вам трудно в это поверить, — мягко согласилась Александра, — но то, что вы услышите дальше, будет еще более невероятным. Короче, я просто перескажу вам все, что рассказал мне отец и что просил передать вам. Больше я ничего не знаю, но зато прекрасно понимаю ваше состояние, потому что и сама два дна назад испытала нечто подобное…

— Ну, рассказывайте, рассказывайте.

— Отец уверял, что ваш дядя, Виктор Сергеевич, решил покончить со всеми этими делами и отказался участвовать в какой-то очередной, весьма крупной, афере. И тогда его… — Александра замялась, подыскивая подходящее слово, — …ну, я не знаю, как это у них называется, — сообщники, сподвижники или кто-то в этом роде, решили заставить Виктора Сергеевича изменить свое решение. Ну, в общем, чтобы он, как и раньше, принял участие в этой афере. Детей у него нет, поэтому они решили похитить его племянницу, вас, чтобы он наверняка согласился.

— Меня?

— Да, именно вас. И, представляете! — они заставили в этом участвовать моего отца, — Александра гневно сверкнула глазами. — Им нужно было, чтобы кто-нибудь указал им на племянницу Виктора Сергеевича, и отец не посмел отказаться.

— Почему?

— Они пригрозили ему, что тогда неприятности могут быть у его дочери. То есть у меня.

— Но ваш отец меня никогда не видел, как же он мог им меня указать!

— А вот здесь и начинается самое невероятное. Понимаете, когда он однажды был в гостях у Виктора Сергеевича, то ваш дядя, как мне сказал отец, спьяну показал ему одну фотографию, на которой он снят в Риме перед Колизеем, вместе с какой-то молодой девушкой.

«Это ваша племянница?» — спросил мой отец.

«Племянница, племянница», — поддакнул ваш дядя, после чего сразу же убрал эту фотографию.

Мой отец хорошо запомнил лицо той девушки. Понимаешь… Александра запнулась — может, мы перейдем на «ты»?

— Хорошо, — сосредоточенно кивнула Галина, — рассказывай дальше.

— Получилось так, что в ту ночь должны были похитить тебя, ну, то есть племянницу. Но то, что с тобой произошло, произошло по ошибке.

Как это?

— Отец рассказывал мне так: его посадили в машину и повезли к вашей квартире, куда вы с мужем должны были приехать. Отказаться он не посмел, потому что боялся за меня, но и участвовать в этом ему совсем не хотелось. И по дороге ему вдруг пришла в голову мысль указать им на какую-нибудь другую девушку, чтобы потом успеть предупредить Виктора Сергеевича, и тогда он бы спрятал тебя куда-нибудь.