Они кричали друг на друга. Пусть явно слышен был только один голос. И Кора вдруг устала. Что это она?.. Становится такой же несдержанной, как большинство изменённых!..

– Зачем, Мити?- спросила тихо.

Деметра тут же успокоилась. Ответила доверительно. И немного неуверенно:

– Подарок тебе сделала. Раз уж ты серьёзно решилась умереть... Как я сказала уже, я не стала бы рисковать и "так" вмешиваться в твой организм, если бы не твоё нежелание жить...

Для сверхразума, который всегда выражался предельно чётко, ясно и конкретно, эти хождения вокруг и около были более чем показательными и говорящими. Что-то она там наворотила удивительного...

– Что? Что ты сделала?

Конкретнее вопрос и представить себе нельзя. Но и на него Мити стала наматывать полосы тумана и словесных конструкций:

– Увеличила твои возможности... В надежде на то, что это позволит тебе легче адаптироваться. И не только сейчас, но и в дальнейшем... Даст тебе преференции в общении с разумными и позволит наиболее точно оценивать их самих и их поступки...

Голова, кажется, закружилась от этих цветистых и, на первый взгляд, бессмысленных фраз. Которые прятали что-то крайне неприятное и неоднозначное. Что?.. Перси окончательно обозлилась и рявкнула. Вслух:

– Прямо, Деметра! Скажи мне прямо, для чего ты вывернула мой мозг наизнанку!

– Чтобы обойти свой собственный запрет на невмешательство в дела человечества!

Вот как! Как говорится, прямой вопрос - и не менее прямой ответ. От которого звон в голове усилился и приобрёл неприятную силу и глубину...

Кора рывком села на своей "постели":

– Что ты сделала?!

Мити чопорно ответила:

– Обошла свой принцип невмешательства в человеческий социум.

Подумала немного и уточнила:

– Чисто технически не обошла ещё. А только сделала возможной для тебя попытку повлиять на существующий порядок вещей, посредством...

Этот занудный голос вводил Ра в ступор. Она, кажется, даже покачиваться начала в ритме этого бреда... Стряхнула с себя "гипноз". Уцепилась пальцами за губчатый лист потому, что голова кружилась уже зверски. Не упасть. Это было главным сейчас. Иначе "заботливый" сверхразум будет мариновать её ещё несколько дней, пока "разродится" ответами. А ей они, ой, как нужны. Необходимы, можно сказать!

– Скажи-ка мне, милая моя подруга, как это я могу обойти эти твои запреты самой себе?

– Никак не можешь!- тут же ответила Мити.- Как ты можешь влиять на меня и заставить меня делать то, чего я не хочу?

Перси свалилась на свой "тюфяк" и простонала:

– Ты больная!.. Ладно, когда ты высказываешься, как бездушный компьютер. И ещё ничего, когда ты пытаешься постичь язык метафор и сравнений... Но, когда это смешивается в кучу... Всё!.. Вынос мозга обеспечен!

В ответ прозвучало негромкое и очень обиженное:

– У тебя могло бы хватить такта, чтобы не указывать мне так прямо и невоспитанно на мою ущербность...

Несмотря на головную боль, а, может быть, и благодаря ей, Перси собралась и "дохнула" то эфемерное, что ощущала с недавнего времени в себе, на свою грустную подругу. Любовь. Пусть она почувствует её любовь. Нежность. Мягкий, необидный юмор.

Она словно "пригладила" встопорщенную шёрстку или пёрышки сверхразума. И ласково сказала:

– Тебе просто не нужно волноваться. Или бояться, что я не пойму. Я доверяю тебе, Мити. Доверяю полностью. Ты любишь меня. Разве ты можешь причинить мне вред? И разве я могу так думать?.. Тогда и косноязычие твоё пройдёт. Так часто бывает, когда волнуешься...

Облегчённый выдох Деметры был ощутим даже физически. Она как-то удивлённо хохотнула:

– Смотри-ка, Кора! А у меня тоже проблемы имеются, психологические... Как у всех разумных...

– На то мы и разумные,- поддакнула Ра философски.

– Я всё время, оказывается, боюсь, что меня воспримут, как Хоррор. Что-то бессмысленное и разрушительное. А не как существо, стремящееся к развитию и гармонии... Я и тебя, получается, боялась. Хотя ты всегда принимала меня, как что-то созидающее, разумное. Даже доброе... Ты с самого первого дня видела меня так. Ни разу не испугалась. И всегда доверяла безоговорочно... А я...

Задумалась надолго. А потом рассказала, что же она "наворотила". Не как "компьютер" или "чокнутый сверхразум, который стремится к саморазвитию". Скорее, как человек, который созрел, наконец, для откровенного разговора с другом:

– Ты знаешь, что я не вмешивалась в дела людей. За Барьером вообще. Здесь я иногда позволяла себе "усилить" кого-то, кого считала адекватным и способным сохранить этот социум от войны и разрушения. Атарика, к примеру. Или Алекса. Его я сделала таким, как ты... Он стал "моим" вторым человеком потому, что доверился мне полностью. Он нравится мне. Его чувства и мысли приятные, и достойные...