Лукас пошел первым. Не выдавая своего присутствия, Предвестники разделились на пары и, прижавшись вплотную к стенам коридора, продвигались вперед, осматривая комнаты в поисках источника звука.

Из помещения в самом конце коридора доносился грозный низкий голос:

– Спрашиваю последний раз, кто ты такой и зачем явился?

Голос принадлежал учителю.

Три пары глаз повернулись к Лукасу. Они молча вопрошали, что делать дальше. Парень жестами приказал Джеку и Кевину оставаться на месте, а Арту добраться по внешней стене дома до окна той комнаты, где находился учитель, чтобы в случае ловушки перекрыть «гостю» все пути к отступлению. Лукас пойдет к учителю один.

Уже через полминуты позиции были заняты. Лидер осторожно подкрался к дверному проему, готовый моментально перейти в наступление и ошарашить незнакомца своим появлением. Он принял боевую стойку и поудобнее перехватил нож, но тут до него донеслось:

– Лукас, открой Арту окно и помоги мне с этим гадом. Я уже немолод, чтобы удерживать этого зверя.

Справившись с секундным смятением, Лукас вернул себе напускную расслабленность, которая выглядела слегка неестественно.

– Ничего, пускай подышит свежим воздухом. Ему полезно, – вздернул он уголки изящных губ в беззвучной усмешке. – Учитель, объясните мне, что произошло и почему этот рыжик валяется на полу, связанный, эм… моей любимой портупеей? – Его левая бровь слегка изогнулась, разрезая гладкий лоб парой морщинок.

Руки и ноги незнакомца были связаны неоново-желтым аксессуаром Лукаса. Гость был одет в черную плотную одежду, чем-то очень отдаленно напоминающую шиноби седзоку [6] . Маска скрывала лицо, отчего выглядел он крайне футуристично, словно современный ниндзя.

Пока Нулевой разглядывал незнакомца, Кевин с Джеком успели зайти в комнату.

– Оу, да, Лукас, твоя портупея идеально подходит для связывания рыжеволосых воришек, благодарю, – сказал учитель и добавил, обращаясь к незваному гостю: – Чего притих, парень?

Молодой человек вел себя совершенно бесшумно и лишь наблюдал за происходящим. Он чувствовал себя далеко не так уверенно в компании троих высоких подтянутых парней и рослого пятидесятилетнего мужчины, который скрутил его всего парой легких движений.

Лукас мельком пробежался взглядом по фигуре на полу, отмечая спортивное телосложение. В глаза бросились мозоли на руках, расположение которых говорило о любви к стрельбе из пистолета.

Кевин и Джек подошли к учителю, помогая надежнее связать незнакомца и обыскать его.

– Доложите обстановку, учитель, – приказал Лукас.

Пэй Шень разогнулся в спине с преувеличенным кряхтением и, облокотившись о стену, ответил:

– Он влез в окно и пытался добраться до твоего кабинета. Его выдал скрип оконной рамы. Незаметность не его конек, – качнув головой в сторону гостя, поделился учитель.

– Он что-нибудь говорил?

– Нет, только брыкался, как дикий конь. Этот парень слишком хорошо для обычного домушника владеет боевыми искусствами. Пришлось хорошенько стукнуть его, чтобы хоть немного вывести из равновесия, но и тогда совладать с ним оказалось не так просто.

Неожиданно парень на полу впервые за все время подал голос:

– Как вы поняли, что я не тот, кого вы ожидали увидеть?

Лукас лишь подивился: «Он непробиваемый, что ли?..»

– Странный вопрос для заложника, – выгнул бровь мужчина. – Все просто. Мои мальчики не издали бы ни единого звука, а ты пыхтел, как паровоз, – ответил Пэй Шень.

Вальяжно подойдя к незнакомцу, Лукас спросил:

– Итак, может быть, гость все же соизволит представиться? Ну так, знаешь, ради приличия.

Мягкий, тягучий тон и самодовольная ухмылка лидера не сулили незнакомцу ничего хорошего, но парень даже не дрогнул. Он лишь немного прищурил глаза, будто пытаясь разглядеть Лукаса получше.

На пару секунд в комнате повисло молчание.

– Думаю, мое имя – не самая важная информация сейчас, – дерзко выдал заложник.

Джек с Кевином мельком переглянулись.

«Ну что за идиот?»

– Хорошо. Тогда, может быть, раскроешь цель своего визита, рыжик? Некрасиво заявляться в гости без приглашения, не думаешь? – продолжил наседать Нулевой.

– Я пришел сюда намеренно.

Голос парня был уставшим и немного раздраженным, словно он долгое время не спал. На выступающие скулы и прямой нос падали отросшие, слегка вьющиеся рыжеватые волосы. Нижнюю часть лица закрывала плотная черная ткань.

Его глаза стали быстро обшаривать помещение в поисках путей отхода. От таких движений голова в области лба стала болеть сильнее, и с каждой последующей пульсацией все ярче разгоралась мысль: «А у того мужчины тяжелая рука… Хотел бы я научиться приему, с помощью которого он меня скрутил».