— Добрый вечер, господин… — сразу за обитыми бархатом дверьми возник распорядитель, чью лысую голову украшал изолирующий обруч, искусно оформленный в виде диадемы. — Мне жаль, но сегодня гильдия отдыхает. Рекомендую вам вер…

— Это не может ждать, — отрезал я, доставая свободной рукой инсигнию. — Мне нужно отправить сообщение и воспользоваться вашим хранилищем.

— Как вам будет угодно, господин инквизитор, — распорядитель покорно поклонился и повёл меня по одному из коридоров, пронизанному редкими дверьми.

Пока мы шли, я всё сильнее ощущал бурление энергии, сдерживаемое стенами здания. Несмотря на то что, психическая активность — естественное состояние для псайкеров, меня не покидало чувство беспокойства, будто бы внушаемого из вне.

— Почему вы сказали, что гильдия отдыхает?

— Видите ли… мои повелители жалуются, что сегодня… тяжёлый день, — ответил мой проводник, тщательно подбирая слова.

— Тяжёлый день? — переспросил я, настораживаясь.

— Именно так мне и сказали, господин, — совершенно спокойно кивнул мужчина с диадемой, после чего остановился у одной из дверей. — Мастер Сантос самый способный из всех здешних астропатов. Уверен, что он сможет помочь вашему делу. Так же он поможет вам запечатать вещи.

— Благодарю, — стоило только кивнуть, как распорядитель растворился в здешнем приглушённом свете, оставляя меня один на один с дверью, украшенной символами гильдии и Астрономикона.

Медленно провернув ручку, я вошёл внутрь, тут же сталкиваясь с тяжёлым ароматом лхо, очевидно смешанным с чем-то куда менее легальным. В отличие от коридора, где властвовали тусклые лампады, здешнее обиталище практически полностью скрывалось во мраке.

— Это действительно не может подождать? — послышался хриплый недовольный голос, обошедшийся без приветствий.

Я не стал отвечать вслух, лишь позволив ответу оказаться на поверхности своих мыслей. Тогда темнеющая груда одежды в дальней части комнаты недовольно поёжилась. Послышались щелчки открывающейся шкатулки, после чего в темноте возник тлеющий огонёк раскуриваемой сигареты.

— Что происходит? — спросил я, чётко формулируя мысль и атакуя ей псайкера.

Тот вновь вздрогнул, будто против воли впитывая всё, что творится вокруг него.

— Что-то, — злобно бросил голос, оставаясь при этом недовольным и надменным. — Думаю, раз даже ты это ощущаешь, то я мало чего смогу добавить. Столица ежегодно содрогается от хора паломников, но сейчас это не к добру…

— Объясни.

Тлеющий огонёк замерцал особенно ярко, когда астропат затянулся. Немного погоняв дым внутри себя, он выпустил его сиреневым облачком, тут же смешавшимся с окружающей дымкой.

— До меня доносятся миллионы голосов, инквизитор. Даже сквозь эти стены я слышу, как они звучат в едином порыве. Но среди этих праведников и грешников я чувствую чужую волю… Волю, что направляет их молитвы совсем не к Императору…

— Почему тогда ты сидишь здесь?

— Потому что я готов умереть с того самого дня, как осознал свой дар, инквизитор. Но ты пришёл не для того, чтобы читать мне проповеди, верно?

Темнеющая рука указала на нечто массивное у самой стены.

— Хранилище. Погрузи туда необходимые вещи и ложись на кушетку, — астропат вдруг разразился каркающим кашлем. — В этот раз процедура может оказаться болезненной, так что лучше собери минимум инфо…

— Я знаю.

— Хорошо… Тогда будь шустрее…

Казалось, будто эта груда мяса специально провоцирует меня на конфликт.

Едва сдерживаясь, я подошёл к стене и принялся рассматривать громадное хранилище, освещаемое лишь мерцающими лампочками индикаторов. Здесь имелись как миниатюрные ячейки, так и контейнеры размером с человека.

Проверив герметичность вакуумного контейнера со шкатулкой, я осторожно погрузил его в одно из хранилищ вместе с мешком писем и инфопланшетом, где хранился отчёт по делу.

Как только захлопнулась тяжёлая дверца, воздух наполнился свистом и щелчками запирающихся замков. Однако индикатор всё ещё горел красным, ожидая получения ментального отпечатка.

Тогда я вернулся к асторпату.

— Ложись и сформулируй мысль…

К сожалению, даже упругие подушки кушетки не могли избавить тело от сковывающего напряжения, которое пронизывало всё вокруг. Убедившись, что я следую его указаниям, псайкер довольно хмыкнул и, отложив сигарету, облокотился на спинку своего трона. Каждое его движение сопровождалось болезненным вздохом, отражавшемся в моём сознании проклятьями.

Наконец усевшись как следует, он защёлкнул замки кабелей, тянущихся от незримого кодифера к его голове. Казалось, будто бы мой собственный мозг пронзила игла, и я даже не смог сдержать стона.

Астропат злобно усмехнулся:

— Теперь начнем. Закрой глаза…

Вместе с этими словами комната наполнилась морозным воздухом, прогоняющим табачную духоту. Повинуясь воле псайкера, я погрузился во мрак собственного сознания, ощущая неприятное покалывание на затылке. Внезапно у меня возникло ощущение, что я оказался на корабле, сотрясаемом ужасным штормом, а в руках у меня скользкий сверток, содержащий драгоценную информацию. Именно та самая мысль…