Драматическая трилогия Шиллера «Валленштейн» – яркое отображение астрологического мышления в искусстве. «В твоей груди – судьбы твоей звезда» [27] , – говорится в «Пикколомини». Там же мы находим слова «Кто счастлив, для того часы не бьют» [28] , «…и по часам размеренная служба» [29] .

Сегодня по часам бывает размерена не только служба. Измеримое время, которого всегда в обрез, почти полностью подчинило себе сутки. Только сон со своими видениями ему неподвластен. Многочисленные счетные механизмы сопровождают человека везде, в том числе в увеселительных поездках. Когда он сидит за рулем автомобиля, они указывают ему не только время, но и скорость движения, и количество потребленного топлива.

Сложилась практика страхования, основанная на картине мира, исключающей счастье. Это опасная тенденция. В некоторых странах не встретишь человека, который не был бы многократно застрахован; тем не менее, находясь там, ощущаешь не только досаду, неудовлетворенность, но и непрерывно нарастающее чувство незащищенности. Над воротами этого мира можно было бы написать: «Pas de chance» [30] «Каждый сам кузнец своего счастья», – хорошая пословица, однако мы куем себе не только счастье, но и несчастье, и цепи.

То, что экономическая революция не сделает людей счастливее, было ожидаемо, и ее масштабные эксперименты это продемонстрировали. Критика представляется уместной лишь на фоне тех мессианских обещаний, которые предшествовали переменам. В противном случае можно было бы возразить, что счастье здесь совсем ни при чем, что речь шла о силе и власти, а в этом отношении успех превзошел все ожидания. Возникли целые империи – между прочим, именно за счет потребления счастья. Конечно же, это не утешение для заключенного – видеть, как к тюрьме пристраиваются все новые и новые корпуса. Рано или поздно ему придет в голову, что в камерах этого гигантского узилища должно начаться какое-нибудь движение.

Эта мысль опасна для плана, поскольку угрожает бухгалтерии его хозяев. Отсюда их стремление ограничить революцию рациональным, прежде всего технико-экономическим, сектором и не дать ей распространиться на другие сферы. Те же, кто, как мы наверняка знаем, не пренебрегает экспроприациями, убийствами и присвоением общенародного достояния, выказывают странный консерватизм в отношении перемен, происходящих в мире искусства. Так они прикрывают свое слабое место. Существует язык свободы, он мощнее любых контраргументов и любого технического средства принуждения. Система ему не нужна. Он может звучать только в песне, в мелодии, в танце.

То возрождение астрологии, которое сейчас, на пороге нового, неизвестного года, проявляет себя в потоке гороскопов, свидетельствует не столько о нашей незащищенности, сколько о нашей неудовлетворенности. Так как это чувство проще ощутить, нежели понять, его можно сравнить с болезнью. Однако является ли повышение температуры заболеванием или же лишь болезненным признаком того, что тело пытается восстановить нарушенное равновесие?

Тот факт, что астрология, столь явно противоречащая основному течению эпохи, все же проникла в нашу жизнь, предвещает революцию. Основанная на представлении о врожденной неодинаковости людей, о своеобразии каждой судьбы, астрология не только имеет ненаучную структуру, но и демонстрирует антинивелирующую тенденцию, игнорируя оба основных принципа сегодняшнего мира. Можно предположить, что в будущем недовольство ее противников только усилится.

На революционность процесса указывает и то, что он развивается «снизу». Другие подобные движения либо ограничиваются узким кругом участников, образующих секты, либо, напротив, распространены широко, как физиогномика, однако восходят к тому или иному выдающемуся уму. Астрология отличается от них тем, что говорит о себе «на каждом углу», причем в игровой форме. В этом смысле ее можно назвать модой. Впрочем, мода – это всегда лишь обертка.

С тем, что космос влияет на человека, не спорят даже противники астрологии. Размышления об этом влиянии вводят нас в область изучения рас, народов и племен, а также климатологии и физиологии. От того, на каком градусе широты человек живет, зависит не только его внешность, но и его отношение к морали и праву – об этом говорил еще Паскаль, а вслед за ним и Стендаль. Даже внутри маленького народа люди делятся на северян и южан.

Точка зрения, согласно которой формирующее значение имеет не только место, но и время рождения человека, признается не столь широко. Тем не менее, если на человеческий организм влияют ритмы и циклы моря, то и воздействие Луны не следует недооценивать. Следовательно, это в самом деле немаловажно – во время какой лунной фазы человек был зачат и рожден.

Приведенные соображения относятся лишь к промежуточной области знания. Изнутри астрология так же трудноизмерима, как картина или стихотворение. В ней все недоказуемо и не поддается статистической проверке. Поэтому астрологические сведения не считаются «достоверными». Обретут ли они «достоверность» когда-нибудь в будущем – вопрос спорный. Для этого потребовалась бы перенастройка внутренней оптики науки, которая сегодня различает лишь то, что доступно объективному знанию.

Готовность к такой перемене, наряду с другими сигналами, предвещала бы скорое вступление в новое мировое время, в новый великий год.

Мы привыкли воспринимать судьбу линейно. Но, вероятно, ее сущность бывает передана вернее, если она изображается как кольцо или как круговая траектория, имеющая некий центр. Такая схема подчеркивает, во-первых, тот факт, что в развитии вселенной наблюдаются большие повторяющиеся циклы, а во-вторых – неизменность закона, «согласно коему ты в мир явился» [31] , то есть неподвижность того самого центра, вокруг которого происходит вращение.