Мудрая Афина подарила изобретенную ею флейту, которую она сделал из оленьей кости. На трапезе богов ее осмеяли, поскольку при игре она некрасиво раздувала щеки, и она выбросила флейту в воды Меандра. Однако потом, после того как флейта стала водить в бой самых доблестных воинов Эллады – лаконцев, богиня справедливой победоносной войны, возлюбила свое изобретение и даже стала иногда дарить флейту доблестным и благочестивым героям, которым она любила помогать в совершении подвигов.

Из ценных подарков богов следует назвать, конечно же, еще знаменитое копье Пелея, прозванное Пелионом по названию горы Пелион. Мудрый Хирон на своей горе срубил подходящий ясень и изготовил из цельного его ствола копье, трудолюбивая Афина собственноручно отполировала его, а Гефест приделал им скованный наконечник.

Однако самым чудесным подарком многие считают даже не нетленный доспех Гефеста, а дар чернокудрого Посейдона – Гиппия. Царь зыбей и глубин подарил Пелею божественных говорящих коней Ксанфа и Балия, рожденных гарпией Подагрой от бога западного ветра Зефира. Некоторые говорят, что скуповатый Энносигей расщедрился не только потому, что Фетида была ему толи троюродной сестрой, толи племянницей, но по непререкаемой воле Мойры Лахесис, которая к тому же сказала ему, что после скорой (по меркам бессмертных богов) гибели Ахилла кони вернутся к нему.

– Я дарю тебе, любезный Пелей, лучших в мире коней, даже нечестивец Лаомедонт тебе позавидовал бы. Некогда они были гигантами, но не врагами, а нашими боевыми товарищами, выступившими в Гигантомахии на нашей стороне, Олимпа насельников. Они тогда сами, еще до нашей победы, попросили изменить их облик, чтобы не быть узнанными братьями, и мы сделали их конями. Они не только самые быстрые кони в мире, но и говорить могут и даже пророчить.

Разумеется, олимпийцы явились на свадьбу Фетиды по настоятельной просьбе великого Зевса не только, чтобы одарить ее смертного мужа божественными подарками, но и, чтобы хорошенько попировать, ведь очень это они обожали. Любила попировать и дочь мрачного Эреба и чернокрылой Нюкты Эрида. Однако эту богиню на свадьбу не пригласили, ибо она была богиней ссоры, споров, раздоров и вражды, а этого совсем не желали на свадьбе Фетиды богини и боги. Тем не менее, по непререкаемой воле Мойры Лахесис, отвратительная видом Распря, у которой волосы-змеи под кровавой вились повязкой, незвано на свадьбу явилась и притом с коварным подарком – золотым яблоком из знаменитого сада Гесперид, которое сыграло громадную роль в развязывании Троянской войны и было названо «Яблоком раздора».

Фетида не собиралась без боя сдаваться Могучей Судьбе:

– Пусть Пелея, чтоб не было свадьбы, я не смогла победить из-за болтливого бога Протея, но сына сделать почти бессмертным мне никто помешать не сумеет.

Некоторые говорят, что Фетида ради сына спустилась с ним в мрачные пустоты Аида, куда и бессмертные без крайней нужды никогда не наведывались. Во время многолетней Титаномахии титанида Стикс (чудовище), дочь древнейших морских божеств седого Океана и плодовитой Тефиды прежде других поспешила со своими могучими детьми богиней победы Никой, богом силы Кратосом и богом мощи Бией на помощь Зевсу, за что тот сделал ее богиней клятв богов, а ее воды – особенными. Эту магическую воду боги должны были пить при клятвах, и за ней летала в Аид с двуручным кувшином вестница богов богиня радуги Ирида. После использования воду из Стикс, наполненную священными клятвами олимпийских богов, Радуга отдавала кудрявым облакам, которые дождем орошали землю и уходили в ее недра. Так Ирида по воле Мойр осуществляла связь трех миров: небожителей, земных обитателей и бесплотных теней подземного царства мертвых. Так по Ананке закону происходил постоянный круговорот воды в природе.

Вергилий в «Энеиде» поет о мече для Давна, который бог огнемощный Гефест сковал и в волны Стикса клинок погрузил, добела раскаленный.

Меч героя Давна стал нетленным. И Фетида решила сделать своего сына неуязвимым для любого оружия. Она, взяв за пятку, погрузила малютку в суровую влагу священной подземной реки Стикс, надеялась, таким образом, сделать его тело неуязвимым. Однако, оказавшись уже в доме Пелея, Нереида вдруг с великой досадой поняла, что старая Ткачиха опять ее переиграла: тело милого сына было неуязвимым все, за исключением пятки, за которую она держала младенца.

И тогда Фетида решила сделать все тело сына бессмертным иначе: выжечь в нём всё смертное, которое было в нём от отца. Она вспомнила, как благая Деметра, желая произвести ребёнка Триптолема бессмертным, заворачивала его в пелёнки и клала в пылающую печь. Узнав у богини плодородия и земледелия, как ей закалить сына, Фетида схватила дрожащими руками малютку и понесла к пылающему очагу.

Поэт и грамматик Аполлоний Родосский поет, как Фетида сына смертную плоть в часы полуночи в пламени огненном жгла неусыпно, а днем натирала его нежное тело амбросией, сделать бессмертным стараясь и навсегда его защитить от старости гнусной. Но однажды Пелей заметил, ночью встав с ложа, как милый сын его крутится в пламени ярком. Не удержал он, муж неразумный, при зрелище этом громкого крика толи удивления, толи испуга. Голос громкий его услыхав, Нереида подхватила из пламя ребенка, кинула, льющего слезы, на землю. Сама же, как ветер, сну подобно, в гневе сразу исчезла из дома. В недра морские она погрузилась и не вернулась.

Аполлодор говорит, что, когда Пелей подстерег неземную супругу за сжиганием сына и, увидев, как его Ахилл корчится на огне, он не только громко закричал, но даже схватил меч, подаренный ему на свадьбе Аресом. Поэтому Фетида, не имея возможности довести начатое до конца, в гневе покинула своего младенца и вернулась в бурное море к сестрам своим Нереидам.

Птолемей Гефестион говорит, что Фетида сжигала (не закаляла, а убивала) в тайном месте детей, которых имела от Пелея. Шесть были сожжены, а Ахилла Пелей вырвал из пламени (только нога была сильно обожжена) и передал для взращивания и воспитания Хирону. Тот выкопал тело погребенного в Паллене гиганта Дамиса (самого быстрого из гигантов), извлек кость (астрагал) и вставил в сожженную ногу Ахилла. Когда Аполлон преследовал Ахилла, эта кость выпала, Ахилл упал и был убит.

Как бы там ни было, но Фетида с нестерпимой горечью в сердце поняла, что ей невозможно бороться с Могучей Судьбой, ибо предопределенного таинственным Роком не может ни избежать, ни изменить даже самый могучий бог. И все равно морская богиня не хотела сдаваться и начала думать о повторном спуске в Аид, чтобы закалить и пятку милого сына. Но тут незримо вмешалась старуха Лахесис и сделал так, что особо искусный в прорицаньях Протей, встретившись с Фетидой изрек:

– Сын твой кратковечный, придя под илионские стены, от стрелы, направленной в уязвимую пятку рукой Аполлона обречен умереть молодым в ореоле сияющей славы, но только после того, как сам убьет сначала Тенеса, а потом Гектора. И это изменить никто в мире не сможет. Однако, если он на войну не пойдет иль сначала пойдет, но потом сраженье покинет и вернется домой, то проживет жизнь долгую, хоть и бесславную.