— Да... Грустная история заката державы... — произнес Арким. — Напишу об этом когда-нибудь книгу.

— Так вот что произошло... — прошептал пораженно осевший на пол Анкилу.

— Нужно выбираться с территории этой страны. — решил Таргус. — Как мы вообще тут оказались? Неужели Порталы так сбоят?

— Ну, как бы... Бездна, чувак... — протянул Арким. — Видимо этот малец был ей очень нужен, а тут ты, то есть мы подвернулись... Как-то так... Кстати, дверь вон там.

Он указал на дверь из черной бронзы наверху. Они выбрались из винного погреба и подошли к двери. Анкилу толкнул дверь, она не поддалась.

Бронза с честью выдержала испытание временем, но слегка вросла в землю, вместе с порогом.

— Дай-ка я. — подвинул мальчика Арким и ударил под двери кулаком. Она треснула и сложилась пополам.

Снаружи был вид, довольно величественный. Достойный пера художника вид зеленой травы лугов, серых камней пирамид, вилл и дворцов, разрушенных беспощадным временем. Картина вызывала двойственные чувства. С одной стороны это зелень, сияющая изумрудом красота лугов средней полосы. С другой, это рассыпающиеся укрепленные замки, незыблемые пирамиды с начинающими трескаться камнями, обрушенные крыши вилл, зияющими дырами в стенах. Складывалось впечатление, что это место бросили, бросили очень давно. Так оно и было.

— Я помню эти места другими... — проговорил Анкилу, глядя невидящим взглядом. Здесь была дорога, а вон в той пирамиде расположен фамильный склеп старшей ветви нашего рода...

— Апокалипсис, он такой. — покачал головой Арким. — Смотрите, кто-то идет. Неужели комитет по встрече?

Через высокую траву пробирались воины, очень целеустремленные и очень мертвые. Они приблизились на расстояние пятидесяти метров.

— Р-р-а-х! — просипел один из них и с поднятым над головой бронзовым топором, направился к живым.

Остальные мертвецы будто опомнились и тоже подняли оружие.

— Это точно не «привет»! — заключил Арким.

— Низшие мертвецы. Разума ноль, инициативы ноль соответственно... — сообщил Анкилу. — Мертвые и глупые.

Он поднял камень и кинул его в сторону. Мертвецы остановились и посмотрели на камень.

— Их нужно упокоить. — сказал он. — Это плохо, когда поднятые мертвецы ходят неприкаянными.

— Ты можешь их как-то упокоить? — поинтересовался Таргус.

— Также как и ты. — пожал плечами Анкилу. — Проткни череп чем-нибудь острым и он «умрет».

Мертвым надоело топтаться вокруг места падения камня и они направились к живым.

Арким извлек из петли за спиной свой молот и неспешно пошел им на встречу. При приближении мертвых, он парой взмахов разметал их по окрестностям. Хрупкие кости и изношенные бронзовые доспехи не выдержали контакта с полутораметровым боевым молотом.

— Как я их, а? — Арким положил молот на плечо и принял горделивую позу.

— Вон еще сотни идут. — указала Спарк. — Как они узнали о нас?

— Эффект орды. — объяснил Анкилу. — Они неосознанно передают информацию в радиусе километра. А чуют запах живых на расстоянии пятисот метров. Но что-то здесь много низших, значит рядом кто-то высший... Нам нужно обратно в дом.

— Нам придется только и делать, что воевать с ними, пока территория мертвецов не закончится? — предположил Арким.

— Не придется. — Анкилу повел их по ветхим коридорам дома. — Я чувствую, что их тут сотни тысяч. Мы не пойдем далеко, если не будем умными.

Он остановился у двери с оттиском большого скарабея.

— Здесь есть все что нужно. — он подошел к каменному сосуду в углу. — Придется надеть саван. Он покрыт бальзамом, секрет которого знали только жрецы из храма Перкеш. Бальзам скроет запах жизни.

— А он не разъест кожу или что-то типа того? — спросила Спарк.

— До самой смерти мы принимаем бальзамические ванны, в которых лежим часами. — объяснил Анкилу. — Бальзам тонизирует кожу и омолаживает её. Вреда не будет.

— Совсем хорошо. — Арким начал снимать кожаную куртку.

— А зачем ты раздеваешься? — спросил Анкилу.

— Ну, чтобы тонизировать и омолодить... — Арким замолчал и замер. — ...кожу. Понял.

— Ты же и так не живой. — Анкилу принялся разматывать на себе старые повязки. — Мертвые тебя не почуют.

— Здесь есть какая-нибудь отдельная комната? — спросила Спарк.

— Там есть подсобка. — Анкилу указал на дверь сразу справа от входа.

Таргус снял одежду и начал обматываться бинтом из сосуда. Сосуд был наполнен бальзамом, который имел студенистую консистенцию и чем-то напоминал гель. Бинты были липкими и легко прилипали к коже.

— За такое качество бальзама можно было выручить очень много денег. — отметил Анкилу, обматывая себе пояс. — Он с годами улучшает свои свойства. Моего прадеда погребали в саване с 600-летним бальзамом, деду пришлось отдать сотню лучших скакунов за двадцать литров. А этому три тысячи лет и он превратился в студень, это знак высочайшего качества.