— Я не ставил им задачи сохранять трупы, — пожал плечами Анкилу. — А ваше оружие так вообще не умеет.

Спереди по главной улицы от Торговых врат медленно продвигались умные вурдалаки.

Они состоят преимущественно из мужчин и женщин среднего возраста, потому что большую часть их они получили из не прошедших испытание Бездны рабов и павших наёмников.

Швеи потрудились на славу: все как один они были облачены в серые кители единого образца, чёрные сапоги и такого же цвета треуголки. Если бы не ужасные мёртвые физиономии и половой состав, они бы походили на типичную армию среднего периода Нового времени.

Стреляя, мертвецы скупыми движениями перезаряжали мушкеты, делали синхронный шаг вперёд и снова стреляли.

Каждый шаг — выстрел.

В боекомплекте у них по тысячу пятьсот пуль и бумажных патронов, которые хранились в карманах и наспинных ранцах, поэтому переживать о патронном голоде не стоило.

Когда перед их глазами заканчивался противник, они молча продолжали идти, до следующей партии защитников.

Пули их брали очень редко: попадания в голову происходили случайно, а в остальных случаях ранения было принято игнорировать. Кому-то отрывали конечности, таких оттаскивали назад, чтобы они не мешались под ногами остальных.

Таргус наблюдал за мертвецки-методичном штурмом и поражался их бесчеловечной эффективности. Он бы не хотел воевать против кого-то подобного. Нервишки не выдержат.

— Вот об этом я и говорил! — Анкилу шёл по усеянной трупами и покрытой кровью мощённой улице так, словно совершал обычную прогулку. — Симбиоз технологии и некромантии! Достижения всегда находятся на стыке научных дисциплин! Видишь, Таргус?! Это триумф просвещения!

Таргус мог бы назвать это триумфом, но точно не просвещения. Они просто истребляли защитников города.

Из-за перекрёстка выехали бронированные кавалеристы, вурдалаки не растерялись, они просто не могли, и оперативно взяли их в штыки. Потеряв не более двадцати боевых единиц, они быстро добили раненых и продолжили свой путь.

Новобранцы явно чувствовали себя не в своей тарелке. Бездна Бездной, но вот эти мертвецы и ужасы, они ведь в пятидесяти метрах впереди...

Вурдалаки не делали разницы между военными и гражданскими, им было всё равно, кого убивать. Таргус знал пару таких людей, которые не видели концептуальной разницы между собакой и ребёнком, но тут такими были все.

Равнодушные мёртвые глаза глядели вперёд, безжизненные руки, пропитанные некроэнергией, машинально перезаряжали мушкеты, окровавленные сапоги мерно топали по мостовой. Жутковатая картина, неестественная, как и сама некромантия.

Анкилу же шёл с весёлой улыбкой, ведь скоро он станет императором...

Вот они вышли ко дворцу. Огороженный участок дворцовой территории усеяли баррикадами, кольями и выставили артиллерию.

— Сейчас твоим ребятам не поздоровится... — предупредил Таргус.

— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся Анкилу и взмахнул скипетром, прошептав что-то на своём, некромантском.

На артиллерийский расчёт с неба спустилось какое-то серебристое облачко, державшееся секунд десять. Когда оно ушло, открылась картина сгнивших от окисления пушек, костей и праха от древесины.

Таргус не стал спрашивать, что это за заклинание, так как не хотел знать, что это.

В рядах защитников начались брожения и одно из подразделений, самое дальнее, развернулось и бежало прочь.

Вурдалаки открыли стрельбу, начав свою заученную тактику: шаг — выстрел.

Заострённые зубы рвали бумагу патронов, засыпали их пороховое содержимое в стволы, остаток насыпали на запальную полку, помещали внутрь ствола скомканную в два движения пальцев бумагу, трамбовали шомполом, помещали пулю, взводили ударно-кремневый замок, вскидывали мушкет и стреляли. Шаг вперёд. Повторить.

Большая часть пуль попадала в молоко, точность гладкоствольных мушкетов оставляет желать лучшего, но последовательность и неотвратимость действий шокировала неподготовленного противника, который готовился драться с безоружными вурдалаками.

Из окна второго этажа дворца высунулся бронзовый ствол некой архаичной пушки, украшенной некой резью. Выстрел: по центру формации вурдалаков образовалась борозда.

Таргус поднял прилетевшую к его ногам голову вурдалака, свой путь обагрившую гнилой кровью.

— Сражаются отчаянно, — прокомментировал он.

Всё больше и больше защитников поддавалось панике и бросалось в бегство, одни только гвардейцы, отличающиеся от остальных позолоченной латной бронёй и позолоченными мушкетами, стояли на своём и отвечали слитными залпами по вурдалакам.