Это была путевка по весьма популярному направлению у туристов – роскошные отели, экзотика, замечательный отдых в «сказке».

И я поняла, что не хочу ехать, да и не могу. У меня теперь пожизненный иммунитет от всего, что было связано с востоком.

– Влада, вы побледнели. Что случилось? – уточнил Кирилл Сергеевич. – Вас укачало?

– Нет, – качнула головой. – Скажите, а эту путевку можно еще раз разыграть?

– Зачем? – на меня бросили взгляд, наполненный удивлением.

Сказать правду я не могла, поэтому соврала первое, что пришло в голову:

– У меня нет заграничного паспорта.

– Ой, ну это ерунда. Мы вам, как сотруднику, сделаем в срочном порядке, не переживайте.

– Из-за меня столько беспокойства…

– Влада, мне кажется, вы ищите причину, чтобы не ехать. Почему?

– Да как-то все неожиданно. Паспорта нет, дочка опять же…

– Дочурку с мамой оставите, десять дней не так уж много, с документами я помогу… Влада, разве красивой молодой девушке не хочется отдохнуть у моря? Пляж, солнце, экскурсии. Отель все включено – спа, массаж, да все, о чем любая женщина может мечтать. Не отказывайтесь. Редко кому так везет.

Я бросила на него взгляд и призналась:

– А поговаривали, что выиграет кто-то свой.

– Даже не сомневался в этом, – мужчина весело рассмеялся. – Всегда так думают, но у нас все было честно. Вы же теперь верите?

– Верю…

За разговором я не заметила, как подъехали к дому.

– Ну вот, приехали, – Кирилл Сергеевич припарковался во дворе.

– Спасибо вам огромное.

– Влада, вы о путевке подумайте. Все проблемы можно решить, а такой шанс бывает раз в жизни. Вы и отдохнете, и новых впечатлений наберетесь, а если откажетесь, потом сожалеть будете. Так что не надо рубить сгоряча.

– Не буду, – улыбнулась в ответ. – Спасибо вам, и спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – мой начальник выскочил из машины и, галантно распахнув дверь, протянул ладонь. – Прошу.

– Спасибо.

Оказавшись на улице, не зная, что еще сказать, просто улыбнулась и промолвила:

– Хороших снов.

– И вам.

Я поспешила в подъезд. Быстро, по привычке, поднявшись галопом через ступеньку, открыла дверь и на носочках скользнула в коридор. В квартире царила тишина, мама и дочка спали. Осторожно сняв верхнюю одежду, прошла на кухню и села за стол. Мне было о чем подумать.

Мама появилась почти бесшумно.

Аккуратно коснувшись ладонью моего плеча, она прошептала:

– Милая, ты как?

– Ой, – протянула я.– Вот путевку выиграла.

– Да ты что… Дочка, правда?!

– Правда, вот смотри, – отдала ей конверт.

Она прочитала, подняла на меня взгляд и уточнила:

– И что думаешь?

Пристально посмотрев на родного человека, пожала плечами и ответила вопросом на вопрос:

– А ты как считаешь? Что ты думаешь?

– Мне интересно твое мнение, – послышалось в ответ.

– Конечно, откажусь, – невольно повысила голос, словно она сомневалась во мне. – Ты думаешь, я поеду в страну с восточным менталитетом? Да как тебе в голову подобное пришло?! Нет! Нет! Никогда!

Поддавшись эмоциям, невольно вскочила и заметалась по кухне:

– Да как это вообще возможно? Думаешь, мне было мало?

Схватив в полки кружку, зачем-то открыла кран и наполнила ее водой.

– Влада, перестань психовать, – спокойно промолвила мама, молча наблюдавшая за моими метаниями. – И, если ты хочешь пить, кувшин с водой на подоконнике.

Выплеснув содержимое кружки в раковину, шагнула к окну. Отодвинув шторы, уставилась в темное стекло, за которым рассыпался ночной город. Фонари горели тускло, многие сектора были погружены во тьму. Жители спали.

– Может, тебе чаю сделать? – послышался за спиной вопрос.

Обернувшись, пристально посмотрела на маму.

– С мятой? – уточнила она.

– Так все-таки, что ты по этому вопросу думаешь? – поинтересовалась я, вновь присев на табуретку.

– Влада, а что ты хочешь услышать?

– Правду.

– А ты готова к ней? По твоей реакции – однозначно нет.

– Мама, что ты хочешь сказать? – поднял на нее взгляд. – Говори.

– Дочка, нельзя так. Понимаешь, нельзя. Человек – не может жить в клетке. Да, Зейн, обрубил тебе крылья, но может пора все забыть?

– Мама, ты о чем?

– Ты молода…

– Ой, прекрати, – оборвала ее на полуслове. – Не хочу вновь слышать об устройстве личной жизни.

– И тем не менее, придется, – мама прищурилась. – Ты закрыла себя в клетке, которая прежде всего в твоем разуме. Зейн – живет лишь в твоей голове. Прошло три с половиной года моей с ним встречи, когда он приехал разыскивать тебя. Думаешь, богатому человеку было бы сложно выяснить, куда я уехала? Ты сама уже год работаешь официально по своим документам, и? Смирись с тем, что у него своя жизнь. Он забыл тебя, и это замечательно. Может пора выбираться из раковины?