В общем нас оценили хорошо - и как я с Викой "принял" пришедшего, и как Полина с Максимом его давили. Инструктор потом даже поинтересовался насчёт того, не участвовали ли мы в штурмах. Пришлось уходить от ответа, рассказывать про год в штрафбате и отца-стихийника тьмы пути небытия ни мне, ни Вике не особо хочется. Чревато последствиями, знаете ли.

На второй паре нас отвели не на полигон, а на самое натуральное уличное стрельбище, где всем раздали... СВДМ. Здесь уже всем стало понятно, что нас готовят к войне с людьми, ведь в разломах для СВД не было ни снайперских дистанций, ни видимости. По результатам двухчасовых стрельб было видно, что лучше всех с СВД управлялась Полина и Вика, мне с Максимом стоило больших усилий хотя бы попадать в мишень.

Сила у нас в другом - я, например, хорошо держу удар, неплохо ориентируюсь в разломе и при этом легко "ловлю" мишень, когда та маневрирует. Максим же у нас глаза и уши, только он помогает нам не прозевать появление тварей в разломах.

Через несколько часов пары на сегодня закончились и мы со спокойной душой пошли домой на отдых. На звук открывшейся двери снова выбежал горностай Полины, поласкался со всеми, после чего скрылся в комнате девушек. Мы же вчетвером сели на диванчик в небольшой гостиной, где принялись обсуждать группировки, параллельно решая, к какой же нам примкнуть.

– Самое главное - не к политиканам, - сказал я, осматривая на просвет канал ствола АК-74М сестры.

– Это понятно. Года два назад оплотовцы и каракурты такой переполох в зоне подняли, что даже аресты внутри них пошли. Даже до расстрельной команды дошло, теперь они тише воды ниже травы сидят, - согласилась Полина, поглаживая пальцем подбородок горностая.

– Остаются вольники и первопроходцы...
– вздохнула Вика.

– А вольники разве группировка? Я думал они просто сборище тех, кто ни в пизду ни в красную армию.

– Ну, Коль, по факту так и есть. Только они ни с одной из группировок стараются не пересекаться, и за это их не трогают. "Хатаскрайники" типа, только с первопроходцами они более-менее нормально общаются. Да и то из-за того, что все они сорвиголовы.

– Кто-то в большей, а кто-то в меньшей, - облегчённо выдохнула Полина, стянув с головы капюшон и подвигав ушками.

– То есть у нас выбор между вольниками и первопроходцами, к оплотовцам и каракуртам у нас никто не хочет?
– уточнила Вика.

– Не хочет. Кстати, Вик, а тебе куда лучше?
– спросила у сестры Полина.

– М-м-м... Если честно - то я всегда за братом, пускай он и младший.

– Ну, с группировками определились, осталось только выбрать одну. Вольники - спокойная группировка, делают что захотят, а вот первопроходцы - сорвиголовы, всегда лезут первыми во что-то неизведанное. И при этом у них лучше оснащение и перспективы пошире, чем у вольников, но при том и риски огромные. В общем - кто за вольников?

За вольников руку никто не понял, даже Максим, который явно лежал к ним душой. С первопроходцами другая ситуация - мне с сестрой нужно кровь из носу попасть туда, и нам сказочно повезло, что и Максим с Полиной не против.

– Значит, единогласно. Первопроходцы, - огласил вердикт Максим.

Фух, я уж боялся, что Максима с Полиной придётся долго уговаривать... Слава тебе господи за то, что избавил нас от этого. Однако того факта, что мне и Вику придётся раскрыть себя и планы ФСКА это не отменяет, и лучше я расскажу это Максиму, а сестра - Полине. Через день нас отпустят на отдых в Абакан, там мы и разойдёмся. Да уж, не слишком люблю рассказывать о себе другим людям, но на что только не пойдёшь ради сестры...

На следующий день на очередной паре по огневой подготовке моим шаловливым ручкам доверили ПКМ. Если вы понимаете о чём я...

Пулемёт мне понравился, когда пойдём за обелиском обязательно потребую нам такой выдать. Конечно, управляюсь с "пуликом" я не то что бы хорошо, но кое что умею, в отличие от других из нашего взвода. Максим также остался верен дробовикам, девушки хорошо лупили с автоматов и снайперок, а я же был по автоматам и пулемётам. Неплохой такой стрелковый взвод вырисовывается - как думаете?

На следующий день рано утром мы собрали вещи и пошли к автобусу в город. Ходил он регулярно - с шести утра до десяти вечера каждых выходных. Особо много я не брал - только оставил большую сумку на поясе и кобуру с пистолетом, с ним уж я никогда не расстаюсь. А вот Вика помимо своего пистолета взяла с собой "Кипарис" и четыре магазина к нему. С сложенным прикладом, открученным глушителем и снятым магазином этот пистолет-пулемёт был достаточно компактным, чтобы помещаться в поясную сумку.

– Близнецы, а вы чего всегда со стволами?
– спросила у нас Полина, когда мы сели в автобус, после чего он плавно тронулся с места.