Отец расхохотался, а Светлана Владимировна удивленно взглянула на Марка.

— Когда же ты успел?

Марк, продолжая жевать, молча пожал плечами. Я же протянула руку и передвинула тарелку с остатками блинчиков ближе к себе.

— Верни обратно! — возмутился этот обжора.

— Тебе достаточно. Мне и блинчиков на ужин хватит, Светлана Владимировна, — обратилась я к ней. — Только вы за тарелкой присмотрите, пока я чай себе наливаю.

— И мне налей, — попросил отец.

За спиной об пол грохнула костыль-нога. Обернувшись, увидела, как Марк, подхватив костыли, заковылял к выходу.

— Ты куда? — окликнула его.

— А что тут делать? — пробурчал он.

— Ты хочешь сказать, что тут есть? — веселился отец.

Дальше мы пили чай под рассказы про прошедшую неделю. Светлана Владимировна поделилась огородными новостями. У нее взошли в небольшом парничке редиска, лук и вот-вот должна была проклюнуться руккола. Папа бурчал, что, когда она копается в своем огородике, ее не дозваться. На Марка, кроме обжорства, больше жалоб не поступало.

— Может быть, нам его тут на все лето оставить, а, Кать? — предложил отец.

— Наверное, не получится. У него же тренировки, а в конце июля сборы. Хотя теперь не ясно, поедет ли он туда. С тренером нужно будет поговорить.

— Ты поговори обязательно.

— Угу, — согласилась я.

Сквозь открытое окно на кухню проникал свежий воздух, было слышно, как стрекотали кузнечики, и меня неудержимо тянуло на улицу.

— Пойду воздухом чуть-чуть подышу, а потом спать. Спокойной ночи, — попрощалась я с отцом и Светланой Владимировной, налив себе ещё одну чашечку чая.

Сидя на садовых качелях, достала из кармана телефон. Иконка почтового ящика показывала пять новых писем. Зайдя в почту, увидела, что все они с одинаковым содержанием: «Пользователь Ветров Владислав Андреевич открыл вам доступ к данному файлу».

***

Утро за городом в выходной день, что может быть прекраснее? Проспав до десяти часов, я снова сидела на качелях, но теперь у меня в руке была чашка с утренним кофе. Я придвинула к качелям садовый пластиковый столик и вынесла из дома свой старенький ноутбук. Обустроив рабочее место, начала изучать документы по мотивации.

Время приближалось к двум, когда пунктуальная Светлана Владимировна, четко придерживающаяся заведенного в доме распорядка дня, позвала меня обедать.

Все уже были за столом, и я наконец-то заставила себя оторваться от таблиц, чтобы присоединиться к остальным.

— Кать, вот сколько можно работать? Ты хотя бы здесь оторвись от своего компьютера, сходи погуляй, воздухом подыши. — Папа запел свою любимую песню.

— А чем, скажи мне, пожалуйста, воздух за забором отличается от воздуха на нашем участке?

Я прекрасно знала, к чему были все эти разговоры. Отцу не давал покоя не мой трудоголизм, а отсутствие у меня личной жизни в связи с большой занятостью. Ведь именно работай я всегда прикрывалась, когда речь заходила о так необходимом мне, по его мнению, замужестве.

— Ты вечно либо на работе, либо дома в работе! Когда это закончится? Когда ты оторвешь глаза от ноутбука и посмотришь, что происходит вокруг тебя?

— А что происходит вокруг меня? — Специально осмотрелась, делая вид, что ищу что-то необычное на столе, под столом.

Марк хихикнул, а отец быстро переглянулся со своей помощницей, посылая ей какие-то невербальные сигналы.

— А у нас новый сосед, — тут же вступила в разговор Светлана Владимировна. — Буквально две недели как заехал. Очень приятный и симпатичный молодой человек.

— Да, купил дом Васильевых, — с энтузиазмом подхватил отец, — ненамного старше тебя, не женат. Здесь будут жить его родители, но пока он живёт один и занимается ремонтом дома.

Они старательно делали вид, что случайно затеяли эту тему. Но я-то видела этих сводников насквозь.

— Прекрасная новость, теперь вам будет с кем поболтать длинными летними вечерами.

— Согласен. А если они ещё и такие же приятные люди, как их сын, нам всем очень повезло.

Выделив голосом слово «всем», отец внимательно посмотрел на меня, пытаясь понять, уловила ли я его неприкрытый намёк.

— А как ваша рассада в этом году, Светлана Владимировна? — сделав вид, что не уловила скрытого подтекста в его словах, перевела я тему, зная, что про свой маленький огород папина помощница может рассказывать беспрерывно.