Олег поднял на меня взгляд.

— Прекрати уже носить свои чёрные блузки, — выдал, быстро пробежавшись по мне взглядом.

— Ну нет! — Тут я была намерена твердо отстаивать свою позицию.

— Почему? — Его левая бровь поползла вверх.

— Не хочу, чтобы сотрудники поняли, что мы перешли на другой «уровень общения».

— А почему они должны это понять? — удивился он.

— Потому что я изменюсь. И это наверняка свяжут с желанием понравиться мужчинам. А там уж и додумать не сложно.

— Ты слишком много придаешь значения сплетням. Пусть думают, что хотят. Да и шило в мешке не утаишь, Вера.

Пожала плечами.

— Ещё как утаишь! Особенно, если ты закроешь рот своему братцу и его помощнику. Поехали, я готова.

На работу приехали вовремя. Но я попросила Смолина высадить меня, не доезжая до офиса.

— Это ещё зачем?

— Не хочу, чтобы видели, что мы приехали вместе.

— Вера, я не собираюсь прятаться по углам.

— Зато я собираюсь.

— Зачем?

Чёрт! Я не могла ему признаться, что боюсь попасть в длинный список его любовниц, который пересматривается всякий раз, как к нему добавляется новая участница. Косые взгляды, сплетни за спиной. Жуть. О чём я вообще думала вчера, когда безоговорочно капитулировала… Но ощущение счастья, осевшее где-то в центре грудной клетки и разбегающееся оттуда тёплыми лучиками по всему телу, призывало не обманывать саму себя. И всё же вопрос конспирации, на мой взгляд, очень актуален.

— Не хочу, чтобы все знали, и всё!

Я реально начала нервничать, потому что этот деспот игнорировал мою просьбу.

Мы въехали в гараж, и как только Смолин затормозил, я быстро выпрыгнула из машины и понеслась к лифту. Мне повезло — кабина стояла внизу. Двери открылись, и я нажала на кнопки, краем глаза видя приближающегося шефа. Двери плавно закрылись перед самым его носом, оставив Смолина с той стороны. На первом этаже в общей массе в лифт зашло несколько моих коллег, и я ещё раз порадовалась тому, что находилась в лифте одна.

В приёмной я стояла около кофемашины, когда дверь открылась, и шеф появился собственной персоной.

— Только попробуй выкинуть этот фортель ещё раз. — Злился.

— Какой? — Невинно округлила глаза.

— Вера!

— Доброе утро, Олег Павлович! Ваш кофе. — Протянула чашку.

Он внимательно посмотрел сначала на чашку, потом на меня, и вдруг широко улыбнулся.

— Пожалуй, мы с тобой чуть позже поиграем в начальника и секретаршу у меня в кабинете. На столе! Отличная идея, Вера! — Чмокнув меня в нос, он забрал чашку из моих рук и, посмеиваясь, ушёл к себе.

Вот блин! Боже, похоже мои самые нереальные фантазии скоро начнут сбываться. Хихикнула. Одна ночь, а я уже становлюсь неудержимой развратницей. В фантазиях так точно.

Осуществить задуманное Смолину не удалось. Он был занят весь день, одно совещание сменялось другим.

А вечером мне позвонила мама и предупредила, что заедет сегодня.

— Что-то случилось? — удивилась я.

— Нет, не волнуйся. Просто поболтать. Ну и подкормить тебя, конечно.

— Хорошо. Я около восьми буду дома. — А про себя подумала, что что-то тут нечисто. Как-то странно звучал её голос. Взволнованно, что ли.

О планах поужинать сегодня с шефом можно было забыть, о чём я ему и сообщила в семь часов, когда собралась уходить.

— Олег Павлович. — Я заглянула в кабинет.

— Да? — Поднял глаза от экрана.

— Я пойду домой, хорошо?

— Что? Ну-ка зайди сюда. — Он резко встал и пошёл мне навстречу. Да-а, с налёту не получилось. Придётся объясняться.

— Какой ещё дом? Я весь день мечтаю о вечере. — Он навис надо мной. — А ты нет?

— И я. Мечтала… — сделала акцент на последнем слове. — Но у меня изменились обстоятельства. Мама приедет к восьми часам.

— Но она же уедет? — шепотом спросил он, уже покрывая поцелуями мою шею.

— Боюсь, что если и уедет, то очень поздно. Она собралась меня подкормить, а это значит, что пока на неделю не наготовит, не успокоится.

— Хорошо. Созвонимся. — Он оторвался от мочки моего уха и поцеловал в губы так, что я уже готова была звонить маме и сообщать, что улетела на Таити.

Вышла из офиса с чувством полного разочарования. К хорошему быстро привыкаешь. Домой приехала за десять минут до мамы. Успела только переодеться. Она, как обычно, зашла нагруженная сумками.