— Вот кто из голодного края, — прокомментировала его шипение Лида. — Ложечку смотри не заглоти.

Подозрительно смиренная Гамелина принесла из моей комнаты гитару.

«Интересно, а как она узнала, где инструмент лежит?» — подумал я мельком.

Рома покрутил колки.

— Я даже не знаю… — начал он и взял аккорд. — Надо же, — удивился, — настроена… «Мне звездаааа…», — вывел Ганжа проникновенно.

— Упала на гармошку, инструмент порвала в крошку! — живо откликнулась Линник из двери. — Уже ухожу! Химия — судьба моя!

— Было у неёоу немного силллл… — закончил Рома, пощипал струны, произвёл пару переборов и начал гнусаво: «Я сдеелааан из такого-ооовеещееествааа».

— Нет! — отозвалась Карина. — Только не эту пошлость. Рома, не порти праздник.

Ганжа вздохнул. И посмотрел на меня свинцовым взглядом.

— Не кривляйся, — откликнулась Гамелина.

«Ты меняли на рассвееете…», — начал Рома хрипленько…

Девочки подхватили и вытянули. Почти до конца.

— А можно теперь про меня песню? — спросила Настя. — Найди, пожалуйста. Помнишь, Дан… Саша, под неё Волопаска пела в лак для волос…

— А… — отозвался я, отгоняя воспоминания о Свете Волопас, подпевающей магнитофону в «микрофон», он же мамин лак для волос «Прелесть».

— Это какая про тебя песня? Название скажи хоть, — вдруг оживился тихо сопящий Ганжа. — Может, я и подберу…

— Бут он зе ривер, — скромно ответила Настя и сняла пылинку с юбки.

Рома задумчиво потрогал колки.

— Вступление там серьёзное, — сказал он. — И текст… я же не того, не по английскому…

Ладно, — согласилась Карина, — я вам сейчас припев напишу русскими буквами… Даник, у тебя есть копирка? Дай мне две. Все копии сразу заложу. Между прочим, — отдельно и строго сказала она Насте. — ты там совсем и ни при чём. Это песня про лодку. Бот, а не Бут. Сто раз тебе поясняла.

— Я пою её про себя, — сказала порозовевшая Бут.

— Молча, что ли? — не выдержал Валик. — Мне тоже так приказывали. А то я иногда вою…

Все помолчали, представили…

— Воешь? — спросила Гамелина. — Такое бывает. Я тут читала, в одном журнале, научном…

Я насторожился, но Аня безмятежно продолжала:

— Там одного укусило что-то, так он потом бегал, как собака — рычал и выл, прикиньте. — Она сняла очки, отложила их на стал и завершила мрачно. — Абсолютно голый.

Чернега стал цвета томатного сока.

— Ничего подобного! — тоненько сказал он. — Я просто сижу в наушниках и подпеваю мотиву… когда физику, вот…

— Голый? — спросила Линник из дверей.

Раздалось хихиканье и фырканье.

— Вам бы только всё опошлить, — отозвалась Карина. — Вот, быстренько взяли… Иди, Настя, сюда. Если опять будет писк мне в ухо — получишь.

— А что это за группа такая, «Стух»? В первый раз вижу… — спросил Крошка.

— Юрчик, сам ты стух, — отозвалась оживлённая Лида. — Это же читают английскими буквами.

— И что? — свирепо спросил Крошка.

— То, что тут Стикс, — безмятежно чирикнула Лида.

— Так бы и сказали, — отозвался Крошка, — теперь всё ясно: Стикс, Ренегада.

Шароян посмотрела вверх, и в глазах её мелькнула ярость…

— Между прочим, там, в композиции, есть бубен, я его явно слышала, — сказала она.

— Можно? Я хоть спрошу… — прошелестела Линник.

— Да, можно, — подтвердил Рома. — А ещё там гармонист, что-то басовое, и не гитара у солиста, а явно мандолина…

— Я принесу, — отозвалась Аня, — я знаю, где лежит.

— Мандолины нет там! — очнулся я. — А откуда ты знаешь, где бубен?

Аня глянула на меня через плечо и усмехнулась.

— Ты готов? — спросила у Ганжи Карина. — Я слова знаю, ну, спою… с Тусиком, а ты в припеве, в нужном месте я тебя стукну…

— Не говори на меня Тусик, — закапризничала Бут, — а то я буду называть тебя Шарик.

Линник получила бубен и стукнула им Крошку.

— Я, — сказала Лида хищно, — чтоб настроить. Пойми…

— Это очень хорошая песенка, — начала Карина и раздала припев. — Там один парень надеется, что лодка его доберётся до такого места, до безмятежности, что сумеет… И все печали исчезнут, потому что это такое, безмятежное место. Покой. Хотя река очень глубокая… Роман, вступление…

… Что-то пискнуло…

Я… Да, это я. Только другой, но я, сидел на террасе, даже, скорее на балконе. Белый стол, кресло с красным пледом, лазурь за окнами, виноградные лозы. Море где-то неподалёку. И стрижи, и чайки…