— Думаю, надо дать другим возможность задать вопросы.

Женщина с рыжеватыми волосами спрашивает, где мы с Ариан планируем жить после свадьбы. Я что-то отвечаю на автомате, а в мыслях прокручивается засада от предыдущего журналиста.

Ещё несколько минут продолжаются вопросы — некоторые слишком личные вроде наших планов на детей, на которые я ответил что-то вроде: «Это нам с Ариан ещё предстоит обсудить», — а потом Харлоу сворачивает пресс-конференцию, благодарит всех за участие, и я сбегаю к себе.

Сорвав галстук, стягиваю рубашку, чувствуя раздражение от назойливости некоторых журналистов. Да, я знаю, что моя жизнь — один большой аквариум, с тех пор как несколько месяцев назад Харлоу официально представил меня общественности. Но всё же. Есть вещи — а если точнее, люди, — о которых я не хочу говорить.

То, что было между мной и Сиенной в Рубексе, для меня очень много значит. Это было особенное время.

Но оно уже в прошлом. Теперь нужно двигаться дальше. Пришло время быть тем, кого из меня пытались слепить с самого моего рождения.

8

СИЕННА

Лагерь «Зенит» оказался совсем не тем, что я ожидала. Более… примитивным, чем я представляла. Но я не жалуюсь. Всё равно в миллион раз лучше тюрьмы.

На фоне нашего нового «дома» возвышаются оранжевые холмы, напоминающие мне старые добрые Огненные скалы. Но мы далеко от того места, где я выросла. Это я могу сказать наверняка.

Я благодарна за то, что они приютили такую преступницу, как я. Как никак, общение со мной подвергает их всех опасности. Отстойная ситуация.

Поэтому я стараюсь отработать своё пребывание в лагере. Доказать Пейдж, что я не какая-то ленивая не генно-модифицированная девчонка, приглянувшаяся Трею. Я сделаю всё, чтобы проявить себя.

Поэтому, когда она направляет меня работать на кухню, я не спорю. Готовить в «Зените» — совсем не то же самое, что в «Грани». Здесь нет ни печей, ни духовок, ни полуфабрикатов. Вместо этого группа охотников приносит животных, которых уже разделывает кухонная команда…

И вот я стою под открытым небом, мои руки по локоть в крови, пока я пытаюсь снять шкуру с белки. Видимо, решили, что я должна начинать с малого. Трей подходит сзади, обнимает за талию и целует в шею.

— Ты похожа на пещерную женщину, — бормочет он мне на ухо.

— Я бы посмотрела, как ты это делаешь, — ворчу я.

Трей осторожно забирает у меня из руки нож.

— Эту уже не спасти, но на будущее, — он кивнул в сторону ведра с дохлыми белками, — смотри, как надо, — он кладёт белку на спину и делает небольшой надрез на хвосте. — Как только сделаешь надрез, зажми хвост большим и указательным пальцами одной руки, а ножом продолжи резать вдоль спины.

Когда он это делает, всё выглядит просто.

— А теперь самая сложная часть, — говорит Трей. — Кладёшь белку на камень или бревно, — он переносит её на пенёк. — Затем, держа её за задние лапки, наступаешь на хвост и шкуру на спине. Давить нужно достаточно сильно, чтобы шкура не выскользнула из-под подошвы, — он сжимает лапки и ставит ногу на хвост. — А затем медленно тянешь за лапки вверх. Работай пальцами, тяни аккуратно. Тогда получится снять с белки рубашку и штаны.

— Прости, ты сказал «рубашку и штаны»?

Трей усмехается.

— Так называют беличью шкуру.

Он снимает шкуру. Теперь, когда белка стала похожа на лысую крысу, Трей возвращает её на стол и отрезает голову и лапы. Затем разрезает живот, чтобы достать кишки. Меня едва не выворачивает от запаха. Я отступаю назад, зажимая рот и нос.

— Ты надо мной издеваешься?

— Что? — невинно спрашивает Трей.

— И я должна сделать так со всеми? — показываю на ведро с остальными белками.

Трей подмигивает, прервав снятие шкуры с белки. Сейчас уже туша выглядит как сырое мясо, а не дохлое животное.

— Не переживай. Я помогу.

Первая мысль: «Да, спасибо!» Но если я приму помощь Трея, то это не поможет мне заслужить своё место здесь или одобрение Пейдж. Она и так наверняка считает меня неженкой, которую нужно постоянно спасать. Я должна доказать ей обратное.

К слову, мне всё ещё любопытно, какие отношения связывают их с Треем.

— Могу я спросить кое-что?

Трей бросает куски мяса в чашу и приступает к следующей белке.

— Что угодно.

Я беру из ведра ещё одну белку и свободный нож и пытаюсь повторить то, что показал Трей, начиная с надреза вдоль спины. Шкура у белки толстая и жёсткая, но нож легко проходит.