— Так вот, эм, насчёт тебя и Пейдж. То общее прошлое, о котором ты упомянул…

— Да? — Трей не отрывает глаз от белки, которую освежёвывает.

— Просто Ашер сказал… А, забей. Я, наверно, просто выдумываю.

Трей молчит где-то с минуту, наморщив лоб, и занимается белкой. Затем в конце концов прочищает горло.

— Помнишь тот шрам на моём животе? Я тебе ещё говорил, что получил его из-за одной из девушек Дьявола, за которой я приударил.

Положив белку, я разворачиваюсь к нему лицом.

— И?

Он снова прочищает горло.

— Той девушкой была Пейдж.

Голова кругом.

— Что? Как? В смысле… она же из гемов, разве нет? Как она оказалась у Дьявола?

— Он её отец.

— Что, прости?!

— Ага. Он подобрал её на улице и забрал к себе, затем удочерил. Она понятия не имела, кто она такая, не помнила ничего о здании ВИГ. Я первый, кто догадался, что на самом деле она гем.

— То есть ты увидел её в том баре, попытался склеить, а люди дьявола достали ножи?

— Типа того.

— А потом что?

Он бросает взгляд на меня. На его лице отражается замешательство.

— В смысле?

— Ну, как Пейдж оказалась здесь, если в вашу последнюю встречу она была у Дьявола?

— Это ещё не вся история, — увиливает он.

Скрещиваю руки на груди, стараясь не запачкать кровью одежду.

— Я жду.

Трей вздыхает и опускает на стол нож и белку. Опираясь подушечками пальцев о стол, он поднимает глаза на меня.

— Пейдж помогла нам с Нэшем с ножевыми ранениями. Когда она узнала, что она гем, то решила сбежать от отца и присоединиться к «Грани». Она прожила с нами несколько месяцев, но затем ушла, чтобы найти таких же, как она. Некоторые из гемов «Грани» ушли вместе с ней. Потом она основала «Зенит».

Он чего-то не договаривает. Его глаза забегали, когда он начал говорить о том, как она поселилась в «Грани».

— Погоди. Так вы… — Мне сложно подобрать подходящее слово. Не хочется выставить себя ревнивой дурой. — Были вместе?

Трей колеблется, но затем кивает.

— Это было давно. Это всё уже в прошлом. Я и она уже в прошлом.

У меня сжимается горло.

— Да, конечно.

Я возвращаюсь к работе, но всё ещё чувствую на себе взгляд Трея, поэтому меня не удивляет, когда он забирает у меня из рук белку и заставляет посмотреть на него.

— Сиенна. Выслушай меня. Между мной и Пейдж всё давно кончено. Это ничего не значит, правда.

Поначалу мне не хочется смотреть ему в глаза. Боюсь того, что он может в них увидеть. Сомнения, растерянность, грусть. Дело не в нём и Пейдж. Честное слово. Но это последняя капля. Сначала я потеряла отца, потом Зейна, а теперь мне кажется, что я снова теряю Трея. Вот только на этот раз он вполне себе в здравом уме. И от этого всё намного хуже.

* * *

Я мою руки в ручье, протекающем вдоль лагеря, когда Трей находит меня.

Что-то не так.

Он прочищает горло, его взгляд устремлён в землю.

— Что случилось?

— Ничего, — отвечает он чересчур поспешно, поэтому я, естественно, предполагаю обратное.

Вытерев руки о штаны, подхожу к нему.

— Трей, в чём дело?

Он не смотрит мне в глаза.

— Сегодня днём в Легасе состоялась пресс-конференция. Я стараюсь держаться в курсе событий, следить за новостями, особенно тех, что касаются розыска вас с Триной. Я подумал, что будет легче быть на шаг впереди, если мы будем знать об их передвижениях.

В груди всё сжимается. Нас нашли?

— И что произошло?

— Ну, этот репортаж был не про беглых преступников. Там говорили про… — Он замолкает и опять прочищает горло. То, что он собирается сказать, явно вызывает у него дискомфорт.

— Про что? Скажи мне!

— Про Зейна. Это был репортаж про Зейна. Судя по всему, они с Ариан решили пожениться раньше, чем собирались.

Моё сердце рухнуло на землю.

— Когда? Они сказали когда?

— В следующую субботу.

— В следующую субботу? То есть через восемь дней?

— Да, — впервые за весь разговор он смотрит мне в глаза. — Мне жаль, Сиенна.

Сделав глубокий вдох, я отворачиваюсь. Зейн говорил, что он возвращается к Ариан, но я и представить не могла… Не знаю, чего я ожидала, но после всего, что было между нами, как он может жениться на ней? Ещё и так скоро.

Потому что он выбрал её.

Потому что она его генетически идеальная пара.