— Серьезно, чувак, это комплимент, расслабься, — сказал Джейк и прибавил громкость еще громче.

Но к этому моменту я уже полностью расслабился. В моей голове снова и снова прокручивались слова Кэссиди, и я повернулся, чтобы посмотреть на нее. Закончив доставать все из холодильника, она подняла глаза и мягко улыбнулась мне. Эта улыбка, как я понял, предназначалась только мне. Она отвернулась, чтобы взять разделочную доску и хлеб, и я снова окинул ее взглядом: ее длинные волосы доходили до талии, майка «Лейкерс» свободно облегала бедра, и эти супер-короткие черные шорты, которые прямо сейчас сводили меня с ума. Мои джинсы стали тесными, когда я спустился по ее ногам к босым ступням. Уголок моего рта слегка приподнялся, и я снова поднял глаза как раз в тот момент, когда она повернулась. Я не отрывал взгляда, позволяя образу, который она запечатлела в моем сознании, разыграться, и, наконец, снова посмотрел на ее прекрасное лицо. Было ли это извращением, что я еще больше ожесточился при мысли о беременности Кэссиди? Прежде чем парни успели заметить, что у меня снова встал, я повернулся и направился обратно в нашу комнату.

Сколько раз я думал о том, чтобы жениться на Кэссиди и завести с ней семью? Тысячи, по меньшей мере, но по какой-то причине никогда не думал о том, что она действительно может забеременеть. И будь я проклят, если когда-нибудь захочу, чтобы этот образ покинул мои мысли. Прошло всего полтора месяца с тех пор, как мы начали встречаться, но я был влюблен в нее уже почти два года. Это не так уж безумно, если подумать об этом, не так ли? Черт… кого я обманываю? Конечно, так и есть. Мне всего двадцать два, а ей девятнадцать. Я не должен был думать об этом еще много лет. И я сомневался, что действительно задумался бы о том, чтобы завести детей, если бы она не сделала это совершенно невинное замечание. Но она это сделала, и теперь это было все, о чем я мог думать. Кэссиди с моим ребенком. Это было бы невероятное зрелище.

— Детка?

Я обернулся и увидел обеспокоенное выражение ее лица, когда она закрывала за собой дверь.

— Ты в порядке? Ты ведь на самом деле не злишься на Джейка, правда? Мне показалось это забавным.

— Нет, не злюсь.

Кэсс мягко улыбнулась, прежде чем снова сдвинуть брови.

— Тогда что случилось? Почему ты здесь и… Я даже не знаю, как объяснить выражение твоего лица. Я не могу понять, злишься ты, или смущен, или… я просто понятия не имею.

Боже, я хотел сказать ей. Я хотел сказать, что собираюсь выгнать парней, что хочу, чтобы она перестала принимать противозачаточные, и что я хочу жениться на ней прямо сейчас. Но знал, что разозлю ее — черт возьми, я сам себя из себя выводил. Не о женитьбе на ней, я бы женился на ней в тот же миг. Но обо всем остальном. Мне нужно было не торопиться, нужно было найти способ убедить Кэссиди в том, что у нее вообще есть семья. Я знал, что из-за ее детства у нее был страх иметь детей. Она боялась, что превратится в свою мать. Я знал, что у нее нет ни малейшего шанса на то, что это когда-нибудь случится. Однако прямо сейчас, если бы я сказал ей, что представляю ее беременной, я мог бы только представить, как маска, которую так сильно ненавидел, снова поднимается на ее лицо. Это все испортило бы не только сегодня, но и на некоторое время вперед. Я не сомневался, что она замкнется в себе. Поэтому вместо этого отогнал образ ее беременной на задворки своего сознания и улыбнулся ей.

— Все хорошо, милая. Как раз любовался тобой и задумался о том, за каким занятием нас прервали. Решил, что лучше уйти, пока никто из парней этого не заметил.

Ее медовые глаза расширились и загорелись, прежде чем она опустила взгляд. Мгновенно моя эрекция снова дала о себе знать. Угомонись, ковбой. Она сделала еще один шаг вперед и прижалась ко мне всем телом.

— Я позабочусь об этом, как только они уйдут, — хрипло прошептала она и, многозначительно улыбнувшись, повернулась и вышла из комнаты.

Глава 13

Кэссиди

Большую часть следующей недели я провела у Джесси и Изабеллы, и, к счастью, Гейдж поехал со мной. Мы оба были полностью очарованы ее рассказами об Италии и мужчине, с которым она выросла и которого любила. Она была милой женщиной, и нам было неприятно видеть ее такой больной, вот почему мы проводили там каждую свободную секунду с самого утра после баскетбольного матча SMB. (SMB — баскетбольная игра в уличном стиле, стритбол)

У Изабеллы были как хорошие, так и не очень дни, но вся эта неделя была ужасной, и я видела, как тяжело это давило на Джесси. В тот понедельник он не смог даже правильно приготовить кофе с тремя кусочками сахара, и я в конце концов отправила его на ланч, а потом домой, когда он сказал мне, что Изабелла не могла встать с постели тем утром, даже с его помощью. Только сегодня утром она смогла передвигаться самостоятельно и снова стать прежней.

За полтора месяца, прошедшие с тех пор, как мы впервые принесли еду в их дом, это стало для нас еженедельным ритуалом. Каждое воскресное утро, перед тем как ребята приходили на игру, мы покупали продукты на неделю и часами разговаривали с ней и Джесси, пока не приходило время расходиться по домам. Однако после этой недели мы с Гейджем были эмоционально истощены. Я не могла понять, как Джесси мог это делать; проведя с ней всего несколько дней и ночей, мы оба были настолько эмоционально истощены от беспокойства за нее, что все, чего мы хотели, — это проспать выходные и молиться, чтобы ей стало лучше. Но Джеки позвонила, когда мы возвращались от Изабеллы, и сказала, что мы непременно должны быть у нее на вечеринке сегодня вечером.

Решив, что нам нужна любая возможная помощь, чтобы взбодриться, мы решили пойти, и я уже начала серьезно сожалеть об этом.

— Черт возьми, — пробормотал Гейдж себе под нос, и я замолчала. Тайлер был там; это был первый раз, когда я увидела его с того утра, когда он появился у двери Гейджа, и он был с той рыжеволосой, которую привел домой в ту ночь, когда выгнал меня. — Дорогая, если ты захочешь уйти, скажи мне, и мы уйдем.

— Все в порядке. Я не собираюсь позволять ему контролировать то, что мы делаем; это глупо.

Как только Тай увидел меня, он оторвался от рыжеволосой и быстро подошел к нам, смерив Гейджа убийственным взглядом, прежде чем подойти ко мне.

— Кэсси, как дела?

Мое сердце сжалось, а руки дернулись, желая обнять Тайлера за талию, но пожатие руки Гейджа и один взгляд на рыжеволосую девушку, пристально смотревшую на нашу группу, напомнили мне, почему это не вариант.

— Тайлер…

— Не надо, детка.

— Не надо. Называть. Ее. Деткой, — процедил Гейдж сквозь стиснутые зубы и притянул меня ближе к себе.