— Кэссиди, у меня есть еще несколько вопросов о твоем прошлом, и тогда я оставлю тебя в покое. Все, что ты скажешь мне после этого, будет потому, что ты сама об этом заговорила, хорошо?

— Неважно. — Я пробормотала это так тихо, что вряд ли он расслышал.

— Она сказала, что чуть не убила тебя, а ты сказала, что тебе нужно было почаще накладывать швы. Они ведь не просто били тебя кулаками, не так ли? — Это было утверждение, а не вопрос. Но я все равно кивнула. — Когда меня вызвали к вам домой из-за возможных беспорядков, почему ты ничего не сказала?

— Я же говорила, что Тайлер не мог меня бросить, он был всем, что у меня осталось в жизни после смерти отца.

— Я видел это в твоих глазах, Кэсс, но без твоей помощи я ничего не смог бы с этим поделать. Я так много думал о тебе в течение следующих двух лет; мне следовало вернуться, чтобы проведать тебя.

— Раньше ты мне снился, — призналась я, уткнувшись ему в грудь. — В тебе и твоих глазах было что-то такое… Не знаю, как это объяснить. Часть меня желала, чтобы ты вернулся и забрал меня отсюда, а другая знала, что я не позволю тебе забрать меня, даже если ты попытаешься.

Его рука успокаивающе скользила вверх и вниз по моей спине.

— Женщина, которая позвонила, сказала, что слышала женский крик. Они били тебя той ночью?

Я медленно кивнула, задаваясь вопросом, что бы произошло той ночью, если бы я рассказала ему все.

— После твоего ухода стало еще хуже.

Коннор замер, и его руки снова сжались вокруг меня.

— Насколько?

— Джефф был уверен, что я каким-то образом вызвала полицию, хотя я провела с ними в комнате целый час, прежде чем ты появился. Моя мать сняла туфли и побежала за мной. Несколько раз ударила меня по голове каблуком своей туфли на шпильке. Я не могла пошевелиться несколько часов, пока Тайлер не приехал за мной.

— Черт, Кэссиди, мне так жаль, — прошептал он, затем помолчал минуту, прежде чем спросить: — В письме она сказала, что была вознаграждена; каким образом?

Мое тело замерло, и мне тут же пришлось проглотить часть кофе, который решил снова выйти из меня наружу.

— Э-э-э… — я облизала пересохшие губы и снова сглотнула. — Э-э-э, в сексуальном плане, — прошептала я ему в грудь. — Обычно я вставала и уходила, но иногда была не в состоянии пошевелиться, а они не чувствовали необходимости идти в свою спальню. Так что, если я была в состоянии, мне просто нужно было отвернуться и попытаться заглушить шум.

— Господи Иисусе, — прошипел Коннор, когда его тело и одна из его рук оторвались от меня, чтобы он мог провести ладонью по своему лицу, шепча: — Больные идиоты. Они были серьезно больными, психически неуравновешенными людьми. Ты не заслужила этого, ничего из этого. — Вот оно снова. Эта мучительная пустота в его глазах. Ты ни за что не сможешь научиться или подделать что-то подобное. Это просто невозможно.

— Я знаю, Коннор. — Я слышала это от Тайлера достаточно много раз, чтобы знать и верить в это до того, как встретила Гейджа, и Гейдж только подтвердил то, во что Тайлер заставил меня поверить. — И ты тоже, никто не верит. Даже моя мать.

На его лице отразились шок, благоговение и облегчение, а голубые глаза, казалось, просветлели.

— Что в тебе такого? — тихо спросил он сам себя и убрал прядь волос с моего лица. Мы стояли, изучая друг друга, несколько минут, прежде чем он нарушил молчание. — Я почти уверен, что искал тебя всю свою жизнь, Кэссиди Джеймсон.

Прежде чем я успела задать этот вопрос, моя спина снова оказалась прижатой к стене, а его губы прижались к моим. У меня вырвался приглушенный, пронзительный стон. Губы Коннора были твердыми и мягкими одновременно, и когда они начали прижиматься к моим, я издала еще один стон, осознав, что этот невероятно красивый мужчина умеет целоваться. Но он не был Гейджем. Как только я начала упираться ему в грудь, он слегка отстранился, и его бледно-голубые глаза забегали по моим.

— Коннор, у меня есть парень, — выпалила я.

Он быстро моргнул и отодвинулся еще дальше.

— У тебя есть парень?

— Да, в Техасе. Двоюродный брат Тайлера.

— Где он?

— В Техасе, — медленно произнесла я, чтобы убедиться, что он меня услышал, поскольку, очевидно, в первый раз ему это не удалось.

Коннор покачал головой, как будто я не понимала.

— Кэссиди, он знает о твоем прошлом? — Он все еще не отпускал меня, но, к счастью, он был не так близко, чтобы я испугалась, что он снова меня поцелует.

— Ему известно с того дня, как я встретила его; это Тайлер ему рассказал.

— Точно. — Коннор кивнул и подошел ближе. — Тогда скажи мне, какого черта его сейчас нет с тобой? Если бы ты была моей девушкой, я бы ни за что не позволил тебе отправиться в твой личный ад, если бы меня не было рядом с тобой.

— Он даже не знает, почему я здесь, я просто ушла.

Кривая улыбка вернулась на его лицо, и он наклонился, на этот раз целуя меня крепче, позволяя своему стройному, мускулистому телу прижаться ко мне.