— Спасибо, Флора. Мне пора.

— Эй, ты вот так просто уходишь?

— А что, ты хочешь поцелуй на прощание? — Бросил ей вызывающий взгляд.

— Мечтай дальше. Ты мне ещё должен, так что давай сюда номер. Позвоню, как понадобится.

— Ладно, держи.

Попрощавшись с Флорой, мы разошлись по своим делам. Когда вышел из больницы, сразу поступил звонок.

— Григорий, — это был Иван. — Тебя ищет твой старый пациент. Ганс. Триста тысяч. Ты помнишь его адрес?

— Помню. Уже выезжаю.

Глава 14

Стряпня Селены

Я добрался до дома Ганса и зашёл внутрь. Анжела провела меня прямо в спальню. Ганс спал в кресле, укутанный пледом, как какой-то аристократ.

— Что с ним опять? — вздохнув спросил я.

Анжела тяжело вздохнула и стянула плед с Ганса.

Ну да, я здесь уже третий раз. И снова из-за его драгоценного… члена. Этот парень просто мастер самоуничтожения. Сколько раз я его лечил, столько раз он придумывал что-то новенькое.

Я потер виски, глядя на его очередное «произведение». Член Ганса был покрыт буграми и выглядел как шипастая дубинка орка.

— Так что на этот раз произошло? — спросил я, готовясь услышать очередной бред.

— Ему сделали операцию, — начала Анжела, — Вставили металлические шары под кожу. Он сказал, что это сделает секс лучше для обоих.

Посмотрел на Ганса и чуть не рассмеялся.

— Ты дала ему снотворное?

— Да. Мы как раз собирались заняться сексом, как он вдруг заорал, что боль невыносима. Совсем сорвался.

— Сколько времени прошло после операции?

— Три дня, — Анжела выглядела растерянной.

— Три дня?! — Я не сдержался. — Ты понимаешь, что после таких операций нужно хотя бы двадцать дней на заживление? Особенно с металлическими имплантами! Ты уверена, что он пошел в нормальную клинику?

— Ну… Он пару дней чувствовал себя нормально, поэтому решил попробовать.

Я только закатил глаза. Да уж, Ганс явно был фанатом неприятностей. Видел подобные операции раньше, но чтобы настолько глупо подходить к делу?

— Металлические шары под кожей — это не шутки, — продолжил я. — Даже если они гладкие, мышцы и ткани страдают. Не говоря уже о риске отравления металлом. А если они заржавеют? Попрощайся со своим «другом».

Анжела кивнула, но выглядела так, будто ей до лампочки.

— Советую удалить эти штуки, пока не стало хуже. Согласна?

— Не знаю… Разбуди его, пусть сам решает, — пожала плечами она.

Я шлепнул Ганса по щекам:

— Немчура, просыпайся, партизаны пришли!

— А? Григорий? Что ты тут делаешь? — Ганс открыл глаза и все еще выглядел ошарашенным.

— Анжела позвала меня.

— Серьезно? Я думал, вы тут за моей спиной развлекаетесь… Если честно, я не против посмотреть.

— Тебе нравятся такие шоу? — Я бросил взгляд на Анжелу. Надо признать, тело у нее огонь, спорить не буду.

Она тоже глянула на меня, соблазнительно облизнув губы. Вроде как не против. Ясно, с этим тут всё понятно.

— Если оставишь эти железяки под кожей, можешь забыть про секс в будущем, — добавил я.

— Да неужели? Врач сказал, что это временно.

— Врач? Да ты его клинику разнести должен был! Удали эти подшипники.

— Может, подожду ещё пару дней? Вдруг всё нормализуется? — попытался он выкрутиться.

— Твое дело, конечно. Подождешь еще и член придется ампутировать.

— Ладно, ладно! Сдаюсь, делай как знаешь! — Ганс побледнел.

Ну конечно, при угрозе остаться без «друга» он сразу передумал.

— Больно будет? — С надеждой в голосе он посмотрел на меня.

— Я использую иглоукалывание.

— Сколько времени нужно, прежде чем можно заняться сексом? — спросил он.

— Неделю. Никакой воды и секса. А лучше уколы обезболивающие делай каждый день. И, Анжела, советую тебе одеваться поскромнее, чтобы не возбуждать его.

— Поняла, — кивнула она. — Давай уже вытащим это железо.

* * *

Операция была не особо сложной, но мороки хватало. Конечно, было бы легче, будь у меня нужные препараты.

Дело обстояло следующим образом: большинство моих пациентов непрерывно ныли. Одни жаловались на боль, другие умоляли о чем-то, что может их успокоить. Но я не волшебник, у меня нет запаса обезболивающих или какого-то чудо-снадобья, которое избавить их от всех страданий. Приходилось работать с тем, что есть. Но, если честно, это был своего рода вызов. Я любил трудности — они всегда добавляли немного адреналина в мою скучную рутину.