— Похоже на плохие новости.

— Любопытно, — шепчу я, потираясь носом о его нос. — В последнее время я пытаюсь слегка запятнать свой имидж. Кажется, плохие новости — как раз то, что мне нужно.

— Но я, — он резко выдыхает, прижимаясь своим виском к моему, и его губы касаются моего уха, — исправляюсь. Плохие новости — это последнее, чего должен искать кающийся грешник.

— Кающийся грешник ищет отпущения грехов, — говорю я ему.

Себастьян кивает и вздыхает, когда мои пальцы скользят по его волосам.

— Тогда позволь мне простить тебя. Позволь сказать тебе, что этот поцелуй может случиться между двумя друзьями, которые заботятся друг о друге, которые хотят оберегать друг друга и доставить друг другу удовольствие. Позволь мне заверить тебя, что ты ни в коем случае не разочаруешь меня и не причинишь мне вреда. Наслаждайся мной. Позволь мне наслаждаться тобой. Всё может быть вот так просто, я обещаю.

— Зигги, — вздыхает он, притягивая меня к себе. Его дыхание прерывистое. Я чувствую, как быстро и сильно бьётся его сердце в груди. — Ты обещаешь? После этого ничего не изменится?

Я обвиваю руками его шею, касаясь губами его уха.

— Я обещаю.

Себастьян не колеблется, не даёт мне времени на раздумья, и мне это нравится. Он обхватывает моё лицо ладонями и впивается в мои губы.

Я вздыхаю, ощущая его вкус, когда его губы накрывают мои, сначала нежно, затем жёстко и отчаянно. Я сжимаю его плечи, пока его руки скользят по моей талии, затем ниже. Он проводит ладонями по изгибу моей спины, притягивая меня ближе.

У меня перехватывает дыхание от восхитительного облегчения чувствовать его тело, прижатое ко мне. Он твёрдый под джинсами, трётся прямо о мой клитор под шортами. Наслаждение разливается тёплым и болезненным потоком, мягкой, ровной пульсацией. Каждый дюйм моего тела растворяется в нём.

Я дёргаю его за волосы, и теперь уже Себастьян ахает. Я целую его крепче, наши зубы клацают друг о друга, и вот уже он задаёт ритм — бёдра прижимаются друг к другу, двигаются вместе, губы скользят медленно и чувственно, с горячими, голодными движениями языков.

Я могла бы делать это вечно — целовать его, слушать его, обнимать его — упиваться каждым ощущением его тела, которое так тесно связано с моим. Рука Себастьяна опускается на мои волосы и зарывается в косу, обхватывая мою голову.

— Зигги, — выдыхает он. — Боже, у тебя такой приятный вкус. Ты ощущаешься так приятно.

Я улыбаюсь в его поцелуй.

— И ты тоже, Себастьян.

Он сдвигает бёдра и обхватывает ладонями мою попку, притягивая нас ближе. Удовольствие перерастает в острую, сладкую боль между моих бёдер, в кончиках грудей, когда они соприкасаются с ним. Моя голова запрокидывается. Ноги подкашиваются.

Я рефлекторно протягиваю руку, чтобы удержаться, но Себастьян ловит меня первым и помогает опуститься на пол. Тем не менее, я умудряюсь опрокинуть на пол половину книжной полки на пол и вскрикиваю от ужаса.

— Книги…

— Нахер книги, Сигрид.

— Они погнутся! Они будут повреждены!

— Я куплю их все, — бормочет он мне в губы, подтаскивает по полу толстую книгу и кладёт её мне под голову, как подушку.

Я смеюсь над этим и привлекаю его к себе. Себастьян заползает на меня и устраивается всем весом между моих бёдер, сбивая новую стопку книг с другой полки. Они сыплются на нас, но отскакивают от его спины, когда он прикрывает меня, терпеливо покрывая поцелуями мою шею.

— Слишком много книг нужно купить, — шепчу я ему в волосы, прежде чем поцеловать их.

— Стоит каждого пенни, — он покрывает влажными, горячими поцелуями мою шею и находит мой рот, прижимаясь своими бёдрами к моим.

И затем время просто… замедляется. Воздух наполняется успокаивающим гулом. Огни над головой создают ореол святости вокруг этого мужчины, который так убеждён, что он самый отъявленный грешник. Я нежно провожу руками по его волосам, приглаживая их назад.

Себастьян пристально смотрит мне в глаза. Затем медленно наклоняет голову и целует меня, нежно и неспешно.

Я обвиваю руками его спину и теснее обнимаю, пока его нос не задевает мой, пока наши груди не соприкасаются. Он вздыхает мне в рот, когда я провожу руками по его заднице, привлекая его ближе к себе.

Приподнявшись на локтях, Себастьян откидывает назад мои волосы, накрывает мою щёку ладонью.

— Такая красивая, — тихо произносит он.

Я склоняю голову, когда его взгляд скользит по моему лицу.

— И это говорит самый красивый человек, которого я знаю.

— Заткнись, — бормочет он, целуя меня.