Мой командирский имплант был параноиком не хуже Цая. В еде нет и не могло быть яда, а находился витаминный коктейль и боевой миорелаксант-регенератор! Пожрав такого супчика, тело расслабится минут на двадцать, ещё и здоровье поправит, а за это время меня могли и до нитки обирать, и на куски резать, и ничего бы я не сделал. Вот эти пятнадцать минут беспомощности и просчитал симбионт.

Я бы ещё подумал о показательном избиении с последующим изнасилованием милой семейки, если бы попытались бесхитростно подмешать простого яда в алкогольили придушить подушкой во сне, но миорелаксант боевой категории был приговором. Кто на такое решился — заслуживал только кары для очистки мира от скверны.

Я аккуратно всех раздел, но не потому, что мне захотелось посмотреть на прелести дохлых девчонок, особенно на старушечьи, а потому что решил потренировать паранойю имени Цая, моего бессменного руководителя оружейных комплексов и душевного азио. Он всегда говорил, что самые интересные вещи прячут в криптор, а если не могут этого сделать, то носят при себе. А ещё утверждал, что самое ценное большим не бывает. Много рассказывал, что на отсталых планетах существует целое искусство прятать ценности в носки, зашивать в складки одежды. И там даже прячут в себя. На проверку «в себя» я готов пока не был, а вот внимательно проверить всю одежду стоило. Наградой мне стала небольшая горсть предметов, которые подсвечивались интерфейсом Восхождения и были описаны знаками вопросов.

Теперь я в полной мере осознал утверждение Цая о том, что самые милые, добрые и честные глазки надо брать и выколупывать ложкой, а потом сразу в спирт, чтобы не испортились и детям было что показывать. Молодое поколение должно знать, что в такие глазки надо сразу тыкать пальцами и острыми предметами, иначе вас найдут без нижнего белья и кредитов на нижнем ярусе жилого модуля.

Набрав целую кучу штук со знаками вопроса, решил очистить помещение. В двадцати метрах находился небольшой овражек, и я начал стаскивать тела туда. Внизу была мягкая влажная земля, и будет несложно прикопать гостеприимных хозяев, но не сегодня; наверное, завтра, если руки дойдут. Когда тащил тело старшей дочери, взяв за подмышки, неожиданно поймал слабый, еле заметный сигнал. Буквально на долю секунды. Прислушался к ощущениям, походил по комнате, помахал руками, даже посидел с закрытыми глазами, но ничего не было. Потом начал вспоминать последовательность действий, при которой появился этот самый сигнал. Прошёл в угол комнаты, сымитировал волочение тела и замер, но ничего. Неужели показалось? Да, нет, симбионт показал, что сигнал был, но теперь его нет.

Решив разобраться с этим потом, взял девку и замер. Сигнал! Еле ощущаемый, на пределе чувствительности моего импланта. Бросил девку — сигнал пропал. Опять поднял труп и улыбнулся. И несколько минут водил руками по мёртвому телу, пока не нашёл то, что искал. Нечто очень маленькое, совсем микроскопическое, располагалось в основании груди и отвечало на запрос «свой-чужой», но дальше подтверждения работать отказывалось. Это либо в самой груди, либо в ребре, а может, и под рёбрами.

Пришлось достать нож и поработать мясником. «Самое ценное большим быть не может», — говорил Цай. Это было вообще микроскопическим, высокотехнологичным и, возможно, мне даже удаться выяснить, что это такое. Кусок грудинки отправился в криптор после того, как я убедился, что микроскопический прибор именно в этом куске тушки. После этого пришлось спуститься в овражек и проверить все остальные тела, но ничего подобного обнаружить не удалось. Надо получше порыться в хижине отравителей. Возможно, тут припрятано немало ценностей, которые были добыты с наивных путешественников, решивших разделить супчик с радушными и гостеприимными хозяевами.

Натаскавшись трупов, понял, что голод взывал. Можно было пожрать сушёной рыбы или погрызть сублиматов из набора колониста, но я решил, что мой локоть сегодня поработает. Вытащил крупные куски мяса и выплеснул бульон перед входом. Затем сходил набрал воды, немного порылся по дому и обнаружил немало запасов овощей и кореньев. Нарезал крупными кусками, прикладывая к локтю и нюхая.

Уже через полчаса получил отличный суп с разваренным мясом, отличными овощами и совсем небольшой дозой миорелаксанта, на которую симбионт отреагировал благосклонно, но предупредил о возможных последствиях, если я вдруг начну злоупотреблять химией. В процессе поисков овощей добыл также и пару кусков сушёного мяса, которые пополнили мои запасы еды в крипторе. Добавлять в суп не стал, там и так было много.

Меня хотели отравить, но наверняка эти люди с кем-то общались, кто-то к ним приходил и уходил. Если бы все пришедшие исчезали в этом месте, то наверняка бы местные очень сильно заинтересовались этим домиком. Значит, во мне опознали чужака и решили ограбить. Возможно, им нужны были мои вещи. На автомат они не выказали никакого удивления, поэтому наверняка раньше видели оружие землян.

Стоило пройтись и посмотреть округу. Наверняка там, где ходят люди, какими бы отшельниками они ни были, есть взаимоотношения и обязательно должны быть какие-то дорожки и тропинки. Следопыт из меня никакой. Я могу почувствовать тварей из Грани в абсолютной невидимости. И за многие годы научился это делать, опережая самые лучшие приборы космического флота на доли секунды и поднимая тревогу раньше, чем это делала автоматика, а вот среди травы и лесов мои чувства так не работали. Последний раз мне этим приходилось заниматься подобным в детстве. Ещё раз поблагодарил систему образования, когда на несколько лет нас отселяли в планету торгашей, живущих небольшими селами, и нам приходилось жить только охотой, рыбалкой и тем, что украдем у местного населения. За это время я освоил немало навыков, и кое-что осталось.

Если бы пришлось по-настоящему заниматься поиском, то, скорее всего, я бы не нашёл, но тропы были натоптаны, и увидеть путь не представляло труда. Я старался идти параллельно тропинке, что бы не попасться на глаза издалека. Возвращался на дорожку только для обхода выделяющихся от остального леса растения и для форсирования водных преград. Через ручьи были перекинуты связанные веревкой брёвна. Почти все странные растения мне помечали как «содержащие звёздную кровь».

К вечеру я вышел к месту, с которого отлично просматривалась широкая дорога, построенная из огромных многоугольных плит неведомо кем и когда. Древние камни образовывали дорожное полотно, совсем не подверженное времени, а вот по бокам уже успел вырасти могучий лес, но дорога отлично просматривалась. Древесные исполины — такие огромные, что давно ушли ветвями выше, а густые кроны забивали своей тенью подлесок.

По нему брёл караван, состоящий из каких-то пернатых птиц, похожих на больших куриц с клыкастыми клювами. На них сидели наездники. Обозначил, как «Карх, не содержит звездную кровь».

Длинным потоком тянулась вереница людей. Шли огромные, могучие животные вроде быков, которые имплант мне подсветил как «Тауро, не содержит звездную кровь». Были и люди, которые просто люди, но некоторые из них обозначались как «Восходящие, содержат звездную кровь», хотя ничего более подробно рассмотреть я не мог. Особого желания общаться и тем более обозначать себя не было, потому что многие были или в клетках, или шли связанными. Что бы те, кто в путах, двигались быстрее, погонщики не уставали хлестать плетьми, подгоняя отстающих. Разбираться и помогать, кого-то спасать и драться с целым целой кучей народа я не собирался, пока не выясню местные традиции.