Как-то раз здоровяк Хэнди пригласил меня к себе на орбитал. Сказал, что будет большой праздник. Корабли звездного флота летают по приказу, а не по желанию капитана. Мы немного задержались, буквально на час-другой. Пришвартовались без проблем. Хэнди знал диспетчера с детства, поэтому нам выделили посадочный коридор, в котором достаточно было открыть три шлюзовые камеры и пройти полтысячи шагов, чтобы оказаться на мероприятии в самый разгар праздника.

Пока не понял местные особенности, всё может быть не так. Хэнди был в приподнятом настроении, а я увидел, что трое рослых мужиков бьют пятерых молодых обнажённых девушек. Били смачно, с оттяжкой, сопли и кровь из разбитых лиц текли на пластик палубы, а бока и ноги молодых тел представляли из себя сплошные гематомы. Я было рыпнулся помочь, но мой товарищ придержал меня за шкирку, сказав, чтобы не портил другим веселье.

А потом на мужиков набросилось штук десять женщин постарше и принялись бить мужчин палками. Разыгралось настоящее сражение. Не обошлось без травм и переломов. К избиению мужиков подключились и молодые девки. Я по наивности пытался как-то вмешаться, но меня придерживали и цыкали, чтобы я ни в коем случае не мешал отличной забаве.

Оказалось, это была свадьба. Бракосочетались три семьи. Вначале мужья избивали невест, а потом остальные жёны избивали мужей, бросились защищать молодых. Это всё означало, что если младшая жена загуляет или не сумеет приготовить обед, то всегда может получить от мужа хорошую затрещину, а вот если муж начнет грубить и будет в наказании несправедлив, то старшие жёны обязательно проконтролируют и не дадут в обиду. Всё происходило в полный контакт. Кости и палки на приглашенным гостям разлетались вдребезги, радость, потом долго пили, заглушая боль невероятным количеством спиртного.

Традиции — это непросто. А может, это были не рабы, а преступники. И их вели на казнь, проводя по большому кругу через десяток поселений, чтобы каждый житель знал, что справедливость восторжествовала? Только после того, как я выясню все особенности местного уклада быта, тогда и побуду великим миротворцем. Если, конечно, об этом меня кто-то попросит.

На некоторых орбиталах существовала традиция рабства вплоть до того, что люди сами себя продавали. Договорились, что они будут рабами на какой-то срок, и получали за это деньги. Собственно, практически ничем не отличается от того, что практикуется во многих развитых цивилизациях, когда деньги даются в кредит под процент, и человек всю жизнь вынужден работать, чтобы отдавать долги. То же самое рабство, только один назывался рабом, а второй — свободным, но должен всему миру и вынужден работать с десятикратным усердием, чтобы рассчитаться с долгами.

Я тихо попятился назад, а потом быстро покинул свой наблюдательный пост, чтобы не попасться на глаза аборигенам.

Решил возвращаться другой дорогой вдоль русла реки. Возможно, мне попадётся кто-то без яда в супе и клеток с рабами. Попался. Не так долго я и шёл. Двое мужчин топили молодую женщину. Судя по всему, ничего особенного для этих мест; чистая рутина. Кроме интереса с кем-нибудь всё-таки поговорить, существовало ещё одно обстоятельство. Из-за чего конкретно произошла свара, мне было плевать, я просто решил понаблюдать, хотя мне, возможно, показалось.

Пока девушку просто топили, я ждал, но когда появились рунные круги, то дело приобрело иной оборот. «Милые дерутся — соседям развлечение», — кажется так говорила моя бабушка, но девицу начали убивать по-взрослому, медленно, с душой и фантазией. Девчонка была стопроцентная аборигенка, но я увидел что хотел. На её плече я заметил татуировку проекта «Космо», окончательно определившись с выбором. Такой же знак был на моём комбинезоне.

Я выхватил нож и Дефендер. Под водой кинетический пистолет теряет свою энергию буквально в метре, но если прижимать ствол к цели, то выстрел получается такой же, как и на суше. Драка перемещалась на глубину.

Прыгнул в воду. Предел прошлого тела я знал. Имплант адаптировал нервную систему и дополнил возможности кровеносной к преодолении перегрузок. При активном движении у меня полторы минуты до первого вздоха, а потом — по минуте между всплытиями для дыхания. Ещё симбионт помогал подавлять инстинкт вдоха в воде. Этому нас тоже учили, и это ещё секунд тридцать. Я тут не мастер заплывов. «Обычно третий лишний, но если уже по трое развлекаются, то и четвёртый может пристроиться», — говорила одна пьяная девка из группы моральной релаксации в портовой зоне богом забытого орбитала на окраине астероидного пояса. Как-то так, по-моему, это звучало.

В воде понятия «верх» и «низ» весьма условны. Я вошел в воду ногами, погрузился довольно глубоко и оказался лицом к лицу со странным мужчиной, частично покрытым чешуёй. Он находился в воде вверх ногами, помогая ещё одному удерживать девчонку. Глубина — метра полтора, вода прозрачная. Мои глаза не очень-то приспособлены к воде, а вот он видел отлично.

Чешуйчатый дёрнулся, пытаясь отреагировать на моё появление, но я прижал ствол к его голове и выстрелил. На удивление, Дефендер отлично перезарядился. И я сделал второй, а потом ещё один выстрел, переместив пистолет с головы к основанию шеи чешуйчатого. Руки водяного разжались. Выпустив из пальцев когтистую верёвку, которой было обвито тело девчонки, он начал погружаться, создавая вокруг себя непрозрачное облако крови. Видимость сильно ухудшилась, а хвост шипастой верёвки резанул меня по руке и боку, извиваясь вцепился в тело второго. Он был как обезьяна, заросший шерстью, но точно человек, одет в штаны и просторную рубаху.

Волосатый удерживал одной рукой тело обнажённой девушки, ноги и бёдра которой были проткнуты множеством небольших изогнутых шипов, привязанных к верёвке, а другой рукой кривым ножом давил ей в шею. Она, схватив запястье мохнатого обоими руками, пока удерживала нож, но острие всё приближалось. Мужик просто передавливал силой.

С каждым движением в незнакомку всё сильнее впивались крючковатые шипы. Не уверен в эффективность такой верёвки на воздухе, но в воде она отлично обездвиживала, с каждой секундой всё больше лишая девчонку подвижности. Мне показалось, что её тело тоже частично покрыто чешуёй, но из-за мутнеющей воды и отблесков мог ошибаться.