— Вероятно, ему нужно найти свою невесту, — сказал Себастьян. — Не слишком ли ты напряжен сегодня вечером?

— Не будь засранцем, — пробормотал я, ускоряя шаг. Но с каждым шагом мне становилось все труднее, словно он был прав. Я чувствовал беспокойное волнение магии в своих венах. Это ее магия взывала к моей? Или моя магия испытывала тревогу из-за того, что я оставил ее одну? Я решил не выяснять этого.

Они быстро догнали меня.

— У кого-то хорошее настроение, — заметил Лисандр. В его словах не было насмешки. — Нужно поговорить?

— Осторожно, — предупредил его Себастьян. — Тебе придется дать клятву на крови.

— Напомни мне, чтобы я не приглашал тебя на свадьбу.

— Ни за что! Я обожаю свадьбы, и кто еще будет твоим шафером? — спросил он.

— Я, — ответил Лисандр.

Я закатил глаза, когда мы подошли к винтовой лестнице, ведущей на этаж ниже.

— Может, нам стоит сбежать и пожениться тайно?

— Удачи тебе.

— Да, Сабина ни за что не отпустит тебя так легко, — согласился с ним Лисандр.

Я шагал через две ступеньки за раз, оба моих брата следовали за мной по пятам. Спустившись, мы оказались в большом холле. Как и было обещано, в дальнем углу располагался полностью укомплектованный бар. Остальная часть комнаты была оформлена в глубоких коричневых и зеленых тонах, от которых веяло земной мужественностью. По всему остальному пространству были расставлены огромные кресла, каждое из которых дополнял полированный дубовый стол.

— Думаю, именно сюда они ссылают мужей, когда женщинам нужно поговорить, — сказал мне Лисандр.

Я подумал о молодом муже-вампире, с которым только что познакомился. Возможно, он прав. Таких мужчин, как мой отец, повидавших немало сражений на поле боя и пользующихся уважением среди членов Совета, приглашали на важные встречи. Но многим мужьям-альфонсам требовалось место, где они могли спокойно подождать, пока их жены занимаются важными делами.

Себастьян метнулся к бару и нашел бутылку виски. Он торжествующе поднял ее над головой.

— Перестань выпендриваться и давай пить, — приказал я ему. Мои клыки болели от того, что я все время пытался удержать их на месте.

— Для человека, который только что привел в ярость нашу мать, удивив всех новостью о своей помолвке, ты выглядишь ужасно подавленным, — заметил Лисандр, когда Себастьян подошел к нему, держа в руках три бокала и бутылку.

— Не говоря уже о том, что от тебя воняет сексуальной сиреной, и я видел, как ты исчез в саду. — Он подвигал своими светлыми бровями, и я выхватил у него бокал.

— Наливай, — приказал я. Мне нужно было вымыть вкус Теи изо рта, чтобы я мог ясно мыслить.

Себастьян шутливо поклонился и сделал то, что ему было велено. Я отпил виски, наслаждаясь его приятным жжением.

— Хочешь что-нибудь покрепче? — спросил он. — Совет распорядился, чтобы сегодня вечером был эскорт. Я могу послать за кем-то.

В том, что присутствует эскорт, не было ничего удивительного. При таком количестве вампиров и фамильяров в одном месте это была разумная мера предосторожности. Не у каждого вампира с возрастом улучшается самоконтроль. Лучше всего иметь наготове запас свежей крови, и всегда найдутся люди, готовые удовлетворить их аппетиты в обмен на какие-то блага или обещание превратиться в одного из нас.

Я покачал головой.

— Я уже питался.

— Тея? — догадался Лисандр.

Себастьян молча опустился в кресло и пригубил виски, а затем налил еще.

— Я питаюсь только Теей. — Мое признание было встречено едва сдерживаемым шоком. Я прочистил горло, чтобы объяснить. — Это часть нашей договоренности. Мы не делимся друг другом.

— Ты уверен, что это разумно? — осторожно спросил Лисандр.

— Да, как ты будешь чувствовать себя через пару десятков лет?

Я проигнорировал Себастьяна. Мне следовало знать, что он не поймет. Но Лисандр был другим. Во многом они были похожи, но Лисандр когда-то был влюблен. Глубоко влюблен, и это плохо закончилось. Иногда я задумывался, не была ли эта самоуверенность притворством, призванным скрыть навсегда разбитое сердце.

— Я бы никогда не поделился Теей, — хрипло сказал я. — Но я не могу просить ее о том же.

— Ты сравниваешь яблоки с апельсинами, — со вздохом сказал Лисандр, — но я понимаю.

— А я нет, — сказал Себастьян.

— Поэтому ты расстроен?

Я покачал головой.

— Нет, не поэтому. — Я посмотрел в глаза брату и осмелился наконец озвучить бремя, тяготившее мою душу. Правду, которую я отказывался признавать, потому что даже мысль об этом убивала меня. — Я думаю, что мне не следует жениться на Тее.