Работают люди. Сама Мезина зла и оживлена, явно имеет штабной опыт, да и колонны водила. Редкий опыт для молодой женщины с такой внешностью. Комбинезон уже обношен по полной программе — выше «усиленного» локтя ткань болтается разодранным клоком, каска и нагрудник в красной кирпичной пыли. Кстати, нагрудник иной, не саперной модели — больше на жилет похож, спину тоже полноценно прикрывает.

— Подъезжаем, — объявила ободравшаяся контрразведчица, отдавая наушники радисту. — Электростанцию наши уже взяли, сейчас опергруппа и саперы помещения проверяют. Имейте в виду: за рекой еще сидят фрицы, оттуда могут их снайпера достать. Ну и начальство нас точно достанет, все же опоздали мы.

Олег хотел сказать, что опоздание не такое уж большое — по часам выходило, что у дома-«угла» минут пятьдесят потеряли. Да и разве получится без таких остановок? Все же столица вражеской Пруссии, тут без сюрпризов обойтись никак не может. Но говорить такого не следовало. Все же напортачило прикрытие опергруппы.

Мезина сама глянула:

— Как голова, товарищ старшлейтенант?

— Нормально. В ушах звенит слегка.

— В нашу санчасть зайди. Там мозги «на раз» проветривают. Получше нашатырного спирта.

Радисты засмеялись.

— Что за юмор? — удивилась старший лейтенант. — Я тоже зайду. В танке пушка бабахает — жуткое дело. В шлеме была, а ухо до сих пор вибрирует. Но так-то танк — сила. Хотя громкая и жутковатая. Дело делает. Благодарю от лица легко-штабной пехоты.

— Да что там.… Две машины из строя вышли.

— Машины восстановят, подкрасят. Люди в основном целы, разведчиков из-под металлолома выручили. Но лично от меня спасибо за доворот башни. Думала, не поймешь в суете.

— Да я и не понял. Это вы там, конечно, лихо взлетели. Кто мог догадаться?

— Вот, товарищи! Главное на войне что? Взаимопонимание и интуиция! — пояснила контрразведчица с интересом слушавшим разговор связистам.

Старшина Лавренко на миг оглянулся, глянул на начальницу со странным выражением. Все еще побаивается ее, что ли?

Кёнигсберг апрель-45. Штурмовая группа и расчет орудия ЗиС-2.

* * *

7 апреля 1945 года. Кёнигсберг. Электростанция «Косе»

17:22

Комплекс построек электростанции производил серьезное впечатление. У ворот стояла разбитая немецкая самоходка, торчали остатки разнесенных прямой наводкой дзотов — здешнюю опергруппу прикрывали и ИСУ-122, у них особо не забалуешь. На территории лежали тела немцев, горело небольшое строение, но в целом был почти порядок — ничего особо не взорвано, повреждений немного, да и те в основном старые. Да и трупов немного, видимо, отошли немцы без упорного боя[2].

Бронетехника осталась у въезда, машины контрразведчиков прокатили мимо корпусов. Бойцы с удивлением смотрели на бетонные L-образные гребни, прикрываюшие здоровенные турбины.

— Немцы защиту от авианалетов напридумывали, — пояснила технически осведомленная Мезина. — Вроде помогало.

Остановились — впереди вдоль стены прятались машины со знакомой буквой «Л» на бортах, стояло начальство. Мезина и майор-начальник опергруппы пошли докладывать.

Тут рядовой состав попрятался, да и сам старший лейтенант Терсков, проявил малодушие. Сидели на подножке «доджа» со старшиной, скрытые от начальства корпусом машины.

Старшей лейтенанту Мезиной делали выговор, жесткий, наверное, и по партийной части взгреют. Прохаживался перед группой офицеров майор Васюк, выразительно разводил руками, стучал кулаком по стальной груди. Здоровенный подполковник — рядышком с невысоким Васюком они смотрелись несколько забавно — кулаком по себе не стучал, а демонстрировал кулачно-растирающие движения — это он не проштрафившейся Мезиной грозил, а показывал, что с ним сделает начальство, если… Понятно, «если что» — Мезину прислали как важного специалиста, в штабе удивительную лекцию-доклад она читала, а получается, что специалистка с винтовкой штурмовать здание полезла. Разве так можно? Сам Терсков о чем думал-то? Затмение какое-то нашло. Кто ей вообще самозарядку вручил?

— Не смотри…те, — дернул за рукав старшина Лавренко. — Они чуткие, потом и нам всыплют. За излишнее любопытство. Ой, извините, субординацию малость нарушаю.

— Да ладно. Всё равно прячемся. Но так-то, действительно вышло не дело. Мезина — специалист. Не должна была к немцам лезть. Какой дурак ей СВТ выдал?

— Я выдал, — печально признал старшина Тимка. — Только это ее винтовка, в смысле, за ней записана. Не мог же я не выдавать? Там все по описи, как принял, так и передал.

— Винтовку было давать не обязательно, — сказал укрывшийся за колесом водитель «доджа». — Сразу было понятно — если Катерине винтовку дать, так непременно она весь боекомплект и выстреляет. Привычка у нее такая, ты же про нее слыхал.