Они продолжали идти и вскоре начали осознавать, что заблудились. Дорога, по которой они ходили столько раз, вдруг исчезла, и теперь они оказались окружены только деревьями, которые выглядели одинаково, как будто лес играл с ними. Марек пытался вспомнить путь, но все казалось неправильным. Он повернулся к Ванде, видя отражение своей тревоги в ее глазах.

— Мы выберемся, — шепнул он, не столько ей, сколько себе. Он старался удержаться на грани между реальностью и нарастающей паникой, но лес не отпускал его. Он вспоминал строки из старых книг, которые когда-то читал: о зачарованных лесах, о древних существах, охраняющих свои владения, и вдруг ему показалось, что они стали героями этих древних сказаний.

Туман сгущался, и они почти не видели друг друга, хотя их руки были по-прежнему крепко сцеплены. Ванда начала ощущать, что лес дышит, что каждый шаг заставляет его пульсировать сильнее, словно он ждал их. Марек пытался найти логическое объяснение всему этому, но в глубине души он знал, что ответы лежат за пределами его разума, что есть вещи, которые нельзя понять, а можно только почувствовать.

Спустя несколько часов блужданий и бесплодных попыток найти дорогу обратно они вдруг наткнулись на старую избу, едва заметную среди плотных зарослей. Она была так укрыта мхом и виноградными лозами, что казалась частью самого леса, его сердцем, скрытым от глаз случайных прохожих. Изба выглядела так, словно время обошло ее стороной: старая, но удивительно крепкая, с потемневшими от времени деревянными стенами и маленькими окнами, через которые едва пробивался свет.

— Что думаешь, зайдем? — Ванда посмотрела на него, ее глаза блестели в полумраке.

Марек кивнул. Усталость от бесплодных попыток найти дорогу заставила сделать их этот шаг. Они открыли скрипучую дверь и вошли внутрь. То, что что они увидели, разительно отличалось от скромного вида снаружи — словно входя, они попали в иной, неведомый мир, полный чудес и загадок. Там было тепло и уютно, словно их ждали. Комната была освещена мягким светом, исходящим от камина. В воздухе витал запах сушеных трав, специй и чего-то еще, что невозможно было определить, что напоминало детство и сказки, рассказанные перед сном. Полы скрипели под ногами, каждая доска казалась древней, но удивительно крепкой, как все в этой избе.

На деревянных полках, покрытых тонким слоем пыли, стояли старинные книги в кожаных переплетах, некоторые из них были украшены серебряными и золотыми узорами. Рядом с книгами стояли стеклянные бутылочки с зельями, наполненные разноцветными жидкостями, а между ними — сушеные цветы, связки трав и пергаменты с загадочными надписями на старом языке.

Посреди комнаты стоял массивный дубовый стол, весь покрытый царапинами и следами времени. На нем лежали различные артефакты: старинные карты, компас с потемневшей латунью, свечи, давно не зажигавшиеся, и медный котелок, внутри которого остались следы засохшего зелья. Стены были украшены старыми картинами, изображавшими сцены из древних легенд: рыцарей, сражающихся с драконами, ведьм, варящих свои магические зелья, и лесных духов, танцующих под луной.

В углу, у камина, сидела старая женщина с иссиня-черными, проницательными глазами, длинные серебристые волосы падали на ее плечи, а на губах играла легкая, загадочная улыбка. Ее взгляд был таким, будто она видела гостей еще до того, как они постучали в дверь.

— Добро пожаловать, — голос был мягким и теплым, как сам лес. — Я Эльда. Лес всегда приводит ко мне тех, кто заблудился.

Ее голос был мягким и мелодичным, а слова звучали так, словно они были частью какого-то древнего заклинания.

Марек и Ванда сели у камина, чувствуя, как усталость покидает их, заменяясь странным ощущением тепла и покоя. Эльда угостила их чаем, и его вкус напоминал что-то давно забытое, но знакомое. Они сидели, слушая ее рассказы о лесных духах, о древних существах, охраняющих этот лес. Марек чувствовал, как слова Эльды начинают вплетаться в его сознание, как они начинают создавать новые истории в его уме. Эльда рассказала, что лес, который они так любили, хранит в себе множество тайн, и что она уже много лет охраняет эти тайны от посторонних глаз.

Эльда провела их по комнатам избы, каждая из которых поражала своим содержанием. Одна была заполнена загадочными артефактами, которые, казалось, обладали собственной магией: древние зеркала, показывающие не отражение, а сцены из прошлого, магические камни, светящиеся мягким, таинственным светом, и амулеты, сделанные из костей и металла, покрытые сложными узорами.

Другая комната была библиотекой, стены которой до самого потолка были заставлены полками с книгами. Книги эти выглядели так, словно каждая из них могла рассказать историю, которую знали лишь немногие избранные. Здесь были трактаты по алхимии, древние фолианты на забытых языках, книги, ветхие от времени, и манускрипты, написанные рукой, которой давно нет на этом свете.

Третья комната была наполнена зельями и травами, от запаха которых кружилась голова. Здесь были котлы всех размеров, флаконы с ингредиентами, многие из которых Марек и Ванда никогда не видели. На стенах висели связки сушеных цветов и трав, создавая в комнате неповторимый ароматный букет, где смешивались нотки лаванды, розмарина, шалфея и чего-то еще, неуловимого, но манящего.

Когда они вернулись в уютную комнату с камином, Эльда внимательно посмотрела на Ванду, ее глубокие, старческие глаза как будто пытались проникнуть в самую суть ее души.