[5] Нет?! (тур.)

[6] Такая легенда долго существовала на самом деле. Матерью Орхана Гази называли Мал-хатун, на самом деле матерью наследника Османской империи была другая жена Османа — Рабия Бала. Впрочем, есть и такие учёные, кто утверждает, что это просто имена одной и той же женщины, а у Османа была только одна жена. Кто теперь знает?

[7] Калым ошибочно считается выкупом родителям невесты за саму невесту. До прихода ислама у тюрков, как и у многих других народов, женщины действительно считались собственностью, ресурсом, и женихи покупали их у родителей, выплачивая некий дар, который назывался «калым». С приходом ислама характер этого дара изменился. Женщина больше не является собственностью, а дар должен быть отдан самой невесте. По-арабски он называется «махр». То есть, в нынешней исламской традиции калым — это свадебный подарок от жениха невесте. Без калыма мусульманская свадьба не считается действительной.

'Во имя Аллаха, милостивого и милосердного! Внемли же мне! Многие истории были рассказаны, но лишь одна — истинная. Я поведаю её тебе, ибо я был там. Вот она, сын мой, нигде больше ты этого не услышишь!

Когда-то давным-давно жил на свете славный муж Эртогрул. И вёл он свой народ в страну, что византийцы называют Анатолией. Долго шли они к заходящему солнцу, пока близ города Эзринджан не предстала пред ними смертная битва.

Сошлись в ней войска султана Ала ад-Дина и войско хорезмшаха Джелал ад-Дина. И хорезмшах побеждал. И думал Эртогрул обойти сражающихся, дабы сохранить свой народ в мире, но не сделал этого.

«Здесь будет наша земля. Не убоятся битв те, чьи предки были вскормлены волчицею [1]», — сказал он тогда. Славные воины кайи решили вступить в битву. Но за кого же пойти? И решил Эртогрул: «Пойду за того, кто мне брат».

И стал Эртогрул думать. Некогда все тюрки были братьями, и одним из них был Огуз-хан, что жил за четыре тысячи лет до пришествия Мухаммада. И было у Огуз-хана шестеро сыновей, а у каждого из его сыновей было по четыре сына.

И пошли от них великие роды тюрков, и разошлись правнуки Огуз-хана по миру. И были среди них и Джелал ад-Дин, сын рода бегдили, и Ала ад-Дин, сын рода кынык, и Эртогрул, сын рода кайи. И все они шли от Огуз-хана, а посему выходило, что все трое были друг другу братьями, и не смог Эртогрул выбрать.

И стал Эртогрул думать. Эртогрул поклонялся Вечному Небу, что не велит достойным мужам умирать от старости и болезней. И решил Эртогрул сердцем — не станут сыны кайи добивать погибающих, не вступят в битву, исход которой уже предрешён.

И вступил Эртогрул в битву на стороне Ала ад-Дина, и ниспослал им Аллах победу. Когда пыль на поле боя осела, и воины перестали оглашать окрестности лязгом оружия, подошли друг к другу Эртогрул и Ала ад-Дин.

«Кто ты, о воин, посланный мне на счастье?» — спросил Ала ад-Дин. «Я Эртогрул бин Гюндюз Алп, сын кайи, простой солдат, которого привело сюда Вечное Небо», — ответил Эртогрул. «Будь же благословен, Эртогрул бин Гюндюз Алп, сын кайи! Я свидетельствую перед лицом наших воинов, что ты отныне — мой соратник и друг!» — вскричал Ала ад-Дин.

Прямо на поле боя условились они о вечной дружбе, и пожаловал Ала ад-Дин Эртогрулу город Тебасион, где и осел Эртогрул со всем родом кайи.

И через месяц от той битвы Ала ад-Дин в знак вечной дружбы и в благодарность за спасение преподнёс Эртогрулу великий дар, что не имеет себе равных в ценности. И с той поры стал Эртогрул верным соратником султана. А дар Ала ад-Дина он передал своему сыну, а тот — своему сыну.

Я — сему свидетель. А Истинна ведома лишь Аллаху. [2]'

Когда юная девушка ткнула в нос библиотекарю разрешение от министерства культуры на любые исследования в городе Бурса, библиотекарь не поверил ей. Но быстрый звонок развеял все сомнения, и Эмине допустили в святая святых — в закрытый архив библиотеки Бурсы.

Эмине едва дышала, вчитываясь в перевод древнего документа. Вот оно! Опять! Она снова наткнулась на это сокровище! Возможно, она на верном пути! Она знала эти имена, Ала ад-Дин Кеё-Кубад и Джелал ад-Дин Мангуберди действительно воевали на этих территориях примерно в то же время, когда сюда пришёл Эртогрул. Всё сходится!

Шестой час подряд девушка копалась в архивах Бурсы. Её глаза покраснели от напряжения, шею ломило от скрюченной позы, а очки то и дело съезжали по вспотевшему носу. Недоеденный гёзлеме, который Эмине позабыла на столике в Стамбульской квартире, был последним, что она ела.

Только запал исследователя, наткнувшегося на что-то интересное, не давал Эмине упасть в голодный обморок. Она была захвачена своим открытием. Эмине не надеялась так быстро найти что-то стоящее. Опыт работы в архивах подсказывал девушке, что это только кажется, что там в каждом документе по тайне. На самом деле, в архивах чаще всего хранятся метрики, кляузы, купчие, долговые расписки и судебные постановления. Соловом, поиски крупиц знаний в этом вертепе — дело муторное и скучное.