Черепанов покачал головой.

– Он из всадников (Черепанов не сразу сообразил, что имеется в виду сословие всадников [Всадники - второй (после сенаторов) социальный класс в Римской империи.]), толковый, но опыта никакого. Это его первое самостоятельное задание, так что он будет стараться.

– А при чем тут я?

– При том, что на либурне будет военный отряд численностью в одну кентурию. И командир этой кентурии будет руководить всей операцией. Ты, наверное, уже догадался, кто этот кентурион?

– Догадался, - кивнул Геннадий.
– Вопрос: ты просто хочешь услать меня из лагеря или там действительно ожидается прорыв?

– Ну-у...
– Старший кентурион пошевелил толстыми пальцами.
– Кое-какая информация на этот счет имеется. Но не более того. Такая информация приходит постоянно, но лишь в одном случае из двадцати оказывается правдой. Твое задание таково: патрулировать участок побережья примерно в сотню миль. Там есть два городка и маленькая крепость с гарнизоном численностью около кентурии. Всеми тамошними резервами ты тоже можешь располагать, но учти: это в основном ауксиларии [Ауксиларии - вспомогательные войска.] и ослы из городского ополчения. Такие еще могут постоять на стенах, но в поле от них толку немного. Недели через три вернется Максимин. За это время ты должен обеспечить границу и организовать патрулирование так, чтобы после твоего отбытия Азиний со своей конницей справлялся там самостоятельно. Ясно?

– Более или менее.

– На подготовку два дня. У тебя потери в кентурии. Можешь набирать людей из солдат вашей когорты. Пондуса я предупредил. Все необходимое получишь в квестории.
– Старший кентурион выпрямился, хрустнув коленями. Завтра утром, сразу после побудки - ко мне.

– Так точно. Спасибо, Феррат!

– Угу. С тебя причитается. Мне и префекту Митрилу. Он выпишет тебе документы. Уж не знаю, чем ты приглянулся Скорпиону, но это его идея.

Старший кентурион повернулся и двинул прочь. Черепанову так и не удалось раскусить этого человека. Сервий Феррат, с самого начала показавшийся ему туповатым старым служакой, как правило, выглядел именно таким. Но время от времени демонстрировал ум и проницательность, никак не укладывающиеся в этот образ.

Глава двенадцатая

ВАРГАРИКС

Геннадий Черепанов - он же кентурион Череп, он же ветеран римской армии Рутгер - неторопливо и основательно потреблял вино с представителем вероятного противника.

Представитель, борода лопатой, косая сажень в плечах, килограмма три драгметаллов, равномерно распределенных по одежде и фигуре, вообще-то противником не считался. Наоборот - союзником. Поскольку жил на условно контролируемой Римом территории и получал от Рима мзду на "военные расходы". Небольшую, впрочем. Годовая смета кентурии Черепанова была раз в пять больше. Но кентурия служила Риму, а "представитель" служил исключительно себе. И своим родичам. И, судя по отдельным косвенным репликам, тоже бывал по ту сторону "европейского Нила". И вряд ли в качестве мирного туриста.

Имя у представителя было пятнадцатисложное и труднозапоминаемое, но он охотно откликался на Варгарикса.

Был же Варгарикс племенным вождем каких-то там маннов, входящих в племя еще каких-то... маннов, которые, в свою очередь, являлись частью союза... и так далее. Черепанов в родственно-племенные связи Варгарикса не вникал, а изъяснялся с ним на дикой смеси диалекта квеманов и современного Геннадию немецкого. Получалось.

Для реализации идеи Черепанова Варгарикс был выбран (среди прочих "маннов" и "риксов") только потому, что в одной из турм субпрефекта Азиния служил его, Варгарикса, дальний родич. А сама идея была проста, как грабли, и основана на элементарной логике и личном опыте подполковника.

Взяв за отправную точку неопределенные слухи, собранные римскими торговцами о неопределенном намерении неопределенных германцев скрасить зимнее безделье молодецким набегом, Черепанов решил, что просто болтаться вдоль границы и ждать, когда же эти удалые парни набегут (если набегут), не эффективно. То есть он, конечно, прибыл на место назначения и даже устроил профилактическую выволочку местным властям. Чтобы осознали, кто главный. Власти (в лице двух "градоначальников" и одного коменданта) осознали. И даже поднесли Черепанову "подарок", сиречь взятку. Черепанов взял. Во-первых, не взять - значит, нарушить традиции и внушить подозрения, во-вторых, он уже знал, как "подарком" распорядится.

За время своих вынужденных странствий по Готии и сопредельным землям Геннадий уяснил следующее: простодушные варвары понятия не имеют о настоящей секретности. Не в том смысле, чтобы устроить ловушку или тихонько перебраться через реку. В их тактических операциях секретность была на высоте. А вот в стратегическом смысле она была примерно на том уровне, что и у мужика, который у входа в рюмочную ищет себе "компаньонов". То есть подходит ко всем знакомым и полузнакомым и тихонько интересуется: "На троих?" Таким образом, круг "осведомленных лиц" оказывается весьма обширен, и задача состоит в том, чтобы выявить "кандидатов в собутыльники" и аккуратно опросить.

Список потенциально осведомленных Черепанов составил с легкостью. Спасибо римской бюрократии, скрупулезно фиксировавшей не только суммы, выплаченные федератам, но и имена племенных вождей, "рассаженных" на "буферных" территориях. Даже если никого из них не окажется в списке организаторов будущего набега, то с "заманчивым предложением" к кому-то из них эти самые организаторы обратятся наверняка. А слухи в этой среде распространяются быстро.

Труднее было реализовать второй этап: вытянуть из конкретного "осведомленного" нужную информацию.