— Ну, что, господин Рюрикович, вы готовы? — насмешливо спросил Романов.

— Всегда готов! — бодро отрапортовал я и встал в боевую стойку, похожую на стойку разъяренного медведя.

Я только успел разглядеть отголосок страха в смотрящих на меня глазах, когда начал действовать.

Нож мелькнул в воздухе, когда неуловимым броском швырнул его в голову Бельского. Сам же сделал рывок в сторону Романова, локтем целясь в висок боярского сына…

На выходе из рывка подхватил начавший падать нож и вернулся на место.

Зрители вряд ли что смогли увидеть сквозь полупрозрачную защитную стену. Для них я только встал в необычную стойку, вздрогнул, а в следующую секунду Романов и Бельский рухнули подкошенными снопами.

— Господин Курбский, снимите, пожалуйста, купол. Дуэль закончена, — проговорил я негромко.

После моих слов купол моментально растаял. На асфальте остались лежать два тела. Дуэлянты-неудачники. Я неторопливо убрал нож в ножны, развернулся и в полном молчании направился в зал. Проходя мимо стоящей Собакиной улыбнулся:

— Так что насчёт танца? Мне кажется, что пришло время…

— Я думаю, что не смогу вам отказать, господин Рюрикович, — проговорила девушка, подавая руку.

Мягкие пальцы коснулись мозолей на моей ладони. Мурашки пробежали по коже спины. Они табуном промчались до загривка и также обратно. В этот момент, проходя сквозь расступившуюся толпу, я ощущал себя если не самым счастливым на Земле, то, по крайней мере, весьма и весьма довольным.

— Они живы, — раздался за спиной голос Годунова. — Но без сознания…

После его слов будущие жильцы словно ожили, заговорили, загудели, начали обмениваться мнениями насчет того, что произошло.

Я же шел и вел в центр зала самую красивую девушку на свете.

Вот только проходя мимо бледного парня с черными волосами я снова почувствовал сильный укол угрозы. Молодой дворянин задумчиво смотрел на лежащих на асфальте, а на нас даже не обратил никакого внимания. Но вот почему-то он вызывал у меня опасение.

«Бой подобен танцу, поэтому каждый ведарь должен уметь танцевать также хорошо, как и биться»

Кодекс ведаря

Я кивнул музыкантам, которые пытались рассмотреть со своих мест происходящее на улице. Они неуверенно начали очередной вальс. Я даже не стал надевать пиджак, чтобы не терять время танца. Только чуть поклонился Марфе Васильевне и повел её по волнам музыки.

Её руки коснулись моих рук, и мы закружились в веселой мелодии танца. Я не чувствовал пола под ногами. Порой казалось, что мы парим по облакам, а вокруг только бескрайнее небо, далекое солнце и ни одной живой души. Лишь только мы. Только её глаза, только её руки, только её манящие губы…

— А вы прекрасно двигаетесь, Ваше Высочество, — проговорила Марфа Васильевна, легко скользя в ритме танца.

— Вы тоже порхаете подобно бабочке, Ваша Светлость, — улыбнулся я в ответ. — Надеюсь, что вы не жалите, как пчела?

— Ну что вы, жалить — это удел мужчин. Нам, женщинам, скорее уготована доля лечить уколы.

— Так вы прибыли в Царское училище как раз для того, чтобы лечить? Мой напарник, Борис Фёдорович Годунов, тоже является лекарем. Как-то мне везёт на знакомство с лекарями.

— Возможно, везение это основано на постоянной опасности, которая вас то и дело подстерегает? Как бы уравновешивает тьму и свет в вашей жизни…

Я только грустно усмехнулся. Может быть девушка и права? Может и везение это закончится в тот момент, когда света станет слишком много в моей жизни? Как в той, самой первой, когда я позволил чувствам взять верх над разумом? И как же тогда тьма ударила в ответ…

Во время танца я заметил, что Бельского и Романова внесли и усадили на диванчик у стены. Кто-то из девушек поднёс к носам «дуэлянтов» небольшой флакончик, отчего те начали приходить в себя. Другая девушка с неплохими зачатками лекаря проводила ладонями, от которых струился небольшой синеватый свет, над головами сидящих. Постепенно взгляды становились более осмысленными.

Конечно, убивать их двоих на глазах будущих жильцов не имело смысла, всё-таки мы договаривались о финале дуэли в результате потери сознания, а не смерти. Да и какими бы глазами на меня посмотрела Марфа Васильевна, если бы я оставил на асфальте два хладных трупа, а после бесстрастно пригласил её на танец?

Однако, два перца всё никак не успокоятся. Даже после приведения себя в порядок они продолжили зыркать злыми взглядами в нашу сторону.

— Вы здорово справились с этими нахалами, — проговорила Марфа Васильевна. — Я никогда не видела такой быстроты и точности.