Отважный мореход даже не попробовал восстановить своё реноме или как-то уязвить удачливого соперника. Возможно, его просто остановило присутствие генерала, и морячок себя позже проявит, но сейчас он скис и, достав бумажник, начал раздавать приятелям деньги.

«Они там что, ставки делали?» — мысленно удивился я, но уточнять не стал.

Придвинулся к столу и долил в стакан минералки. Типа для того и вставал.

На самом деле развязка мне была непонятна. Хотя… я же на себя мерил. Вернее, на реалии моего старого мира. Тем более, я до сих пор не в курсе здешних великосветских обычаев.

На курьёз с шампанским, так или иначе, отреагировали почти все. Разве что клетчатый коммерсант так и не повернулся, да взъерошенный тип не отвлёкся от своих записей.

Генерал гневно зыркнул на флотских. Генеральша поедала мечтательным взглядом адъютанта. Генеральская дочка потихоньку зеленела от зависти к рыжим. Суровая тётка шипела на сыначку, что-то ему растолковывая. Крепкие парни вполголоса обменивались репликами. Бармен вернулся за стойку с полным ведром. Стюарды, поняв, что продолжения не последует, принялись разносить меню и принимать заказы.

Я как раз просматривал, что предлагали на завтрак, когда над ухом прозвенел девичий голос:

— Ну что, мальчики, давайте знакомиться?

— … ? — я поднял недоумевающий взгляд, вообще уже не понимая, что происходит.

Рядом стояла рыжая-фиолетовая, с бутылкой «Арман де Бриньяк» в правой руке.

В моём представлении великосветские девушки должны были себя вести немного не так. Да и Димыч похоже, тоже слегка растерялся.

— Присяду? — кивнула она на стул рядом со мной.

Вторая рыжая стояла над Димычем, но того долго упрашивать не пришлось. Он быстро пришёл в себя, вскочил и галантно помогал даме усесться.

Я просто пожал плечами: садись, если хочешь. Кто же тебе запретит. Да ей, собственно, разрешения и не требовалось. Спрашивала, только чтобы соблюсти этикет.

— Предлагаю сразу перейти на «ты», — с ходу предложила рыжая фиолетовая. — Анна, ты с нами?

Последняя фраза предназначалась Снежной королеве. Та закатила глаза, показывая своё отношение к выходке одинаковых подруг, нехотя встала, но всё же присоединилась к нам, усевшись на последнее свободное место. Попытку Дмитрия отодвинуть ей стул, она пресекла ледяным взглядом.

— О, брудершафт?! — воскликнула вишнёвая рыжая и щёлкнула пальцами. — Гарсон, бокалы!

Цветастый жилет бармена размылся пёстрым мазком, и на столе появились высокие, узкие, прозрачные как слеза.

— Откроешь?

Фиолетовая рыжая протянула мне бутылку с горлышком в чернёной фольге и золотистым пиковым значком на пузатом боку.

Поведение девушки было, мягко сказать, вызывающим, но мне импонировало. Вот здесь прямо-таки напрашивалось замечание Мишеньки о вульгарности и недостатке манер, но он промолчал. Да и хрен с ним. Не очень-то и хотелось выслушивать.

— Почему бы и нет? — пожал я плечами.

Через минуту хлопнула пробка, к потолку взметнулся пенный фонтан, фужеры накрыло белыми шапками.

— Мари. Младшая графиня Дибич, — представила сестру фиолетовая рыжая.

— Катрин. Младшая графиня Дибич, — отзеркалила фразу вишнёвая рыжая и с ухмылкой добавила: — Реверансов не ждите.

— Прошу проявить снисхождение, Ваши Светлости, — со смущённым видом вскочил Менделеев. — Я позволил себе лишнего, но ваша неземная красота не могла оставить меня равнодушным.

— Ой, вот только давайте без этого, — отмахнулась Мари.

— Не при дворе. Лишние расшаркивания необязательны, — добавила Катрин.

Но, судя по румянцу, покрывшему щёки с ямочками, комплимент Дмитрия доставил им удовольствие.

«Ёкарный бабай, не перепутать бы, — подумал я, стараясь запомнить девушек по цвету. — Мари — вишнёвая. Катрин — фиолетовая».

Их фамилия мне ни о чём не сказала. Герб — золотой щит, три поля, орёл, лиса с петухом в зубах и три чёрных орлиных крыла — тоже. Поэтому я не стал заморачиваться и просто назвал имя приятеля и своё:

— Менделеев Дмитрий. Смолл. Мишель.

После чего мы с девушками сплелись руками, пригубили шипучего напитка и чмокнулись в губы. В носу тут же защекотало от запаха медных волос и фиалок — наверное, такие духи. И сочетание мне понравилось. Дмитрий же был на седьмом небе от счастья.

— А ваша подруга? Вы её не представите? — спросил он, отставляя бокал.

Я посмотрел на блондинку, зацепился взглядом за родинку на щеке и попытался вспомнить, где её мог раньше видеть. И перстень с гербом, разделённым на четыре поля — два красных с орлом и два бело-синих с медведями — тоже показался знакомым.