Но благодаря его эксперименту я как минимум сейчас дышу в другом теле и в другом мире.

А когда придёт время, тогда будет видно, что я решу.

Возможно, инстинкт самосохранения не даст умереть и в этом мире.

А может, произойдёт действительно что-то необычное и я настолько прочувствую эксперимент Алексея Емельяновича, что соглашусь закончить существование в теле Кости Чернова и вернуться домой, в своё прежнее тело Демона Ночи по имени Галархейм, которым я был больше сотни лет.

Одним словом, я улыбнулся Чернову старшему и попрощался с ним.

Больше он мне ничего «дельного» не сказал, ну а я и не стал настаивать, поскольку видел на лице Алексея всю серьёзность сказанного.

Ладно, мужик.

Хочешь моей смерти в определённый час — хоти.

Как оно будет — зависит от того, какие эмоции и чувства я испытаю, когда придёт время.

Я тебе верю, но сказать на сто процентов не могу, как поступлю… потому что и сам на сто процентов не знаю, как и что будет.

Поэтому прощай.

Уже через час я покинул квартирку деда реципиента.

За это время и у Психа произошло не так мало приключений.

Семён Семёнович хотел съесть мороженое, но его сбил бегущий от полиции мужик.

Псих задержал преступника.

Им оказался аристократ — Трёхзвёздный Рыцарь — пацан лет двадцати, который убегал от полицейских в специальных наручниках, которые блокировали магию.

Чем думал этот дурачок — остаётся загадкой.

Но учитывая, что Псих надрал ему зад и тот вообще перестал думать, то я догадываюсь, каким местом думал этот парень изначально.

Так вот, Психа хотели поблагодарить за помощь, а он попросил посидеть в полицейской патрульной машине. А потом попросил «хозяина» транспортного средства сфотографировать его с расстояния в десять метров.

Псих наплёл офицеру, что это у него традиция каждый год делать фотографию в центре города с расстояния в десять метров и в необычном месте.

Короче, всё это было сделано для того, чтобы за это время Псих смог зайти в компьютер офицера, который встроен в патрульную машину, и найти интересные контракты, которых не было в архивах второй важности.

Как итог, Псих достал нам контракт на Критическую Точку Низшего Уровня, за полное выполнение которого можно заработать три с половиной миллиона, что в десять раз больше предыдущего.

Нехило так платят в полицейском департаменте.

Вот только тут проблема: так как этот контракт недоступен в общем доступе, то и его выполнение доступно только тем, кому этот контракт показали.

С другой стороны, Псих раздобыл код контракта и точное месторасположение цели. И если обратиться в Штаб ООМ и сказать, что мы в такой-то точке нашли Монстра, а может, и несколько Монстров, то Штаб обязан соединить нас с полицейскими и подтвердить, что они готовы поделиться со Штабом пятьдесят на пятьдесят. И вот тогда мы с Психом, если выполним контракт на сто процентов, получим те самые пятьдесят процентов от Штаба ООМ.

Очень интересная механика.

Оказывается, полицейские тоже пытаются убивать Монстров в своих кругах, если это что-то не очень сложное для обычного простолюдина, работающего в полиции. Как правило, это контракты Низшего уровня, как раз для такого, как я. Ну либо другого Охотника, кто рангом повыше, но кому очень нужны деньги, а не опыт.

Вот только такой контракт сложно раздобыть, а Псих смог это сделать за тридцать секунд, пока офицер фотографировал его.

Конечно, в такие моменты хочется, чтобы Псих нашёл как можно больше подобных контрактов, но гремлин ответил, что он может взломать полицейскую систему и взять любой контракт… но делать этого не будет из собственных побуждений.

Он верит в карму, поэтому так не делает.

При этом его совсем не смущает идти на хитрость и взламывать компьютер офицера, сидя в его же тачке, пока он тебя фотографирует.

Что же, у Психа своя логика, и я в неё не лезу.

Хорошо так, как есть.

Я очень рад новому контракту.

И сейчас, когда Семён Семёнович пошёл домой к «моему» деду, а мы с Психом стоим на набережной и едим по мороженому, на которое Псих меня развёл, мой питомец спрашивает:

— Итак, Костян, шо там было? Чё тебе Алёшка рассказал про Тибетское Чудо?

Я не хочу скрывать от Психа то, что может привести его к смерти, поэтому говорю, как есть, но всё же недоговариваю:

— Дед решил провести какой-то эксперимент с моим Даром. Он говорит, что в какой-то момент я должен почувствовать что-то необычное, и тогда мне нужно дать тому, кто хочет меня убить, сделать это.

Псих давится ванильным мороженым.

— Не понял, чтооо?! — прокашливается гремлин, пытаясь в этот момент спросить.

— Ну вот старику захотелось, видимо, перед смертью пошутить, — улыбаюсь я, а сам думаю: «Стоило ли говорить Психу слова „перед смертью“?»