Что ж, это и впрямь было интересно. Значит, Катарина всё-таки обеспокоена расползанием скверны, пытается найти хоть какое-то решение и даже добилась некоторых успехов. Но при этом держит всё в тайне.

Не удивлюсь, что получив препарат, она собирается предъявить остальным ультиматум и заломить за него несусветную цену.

Жадности Вийонам было не занимать.

Но, судя по Луи, либо они уже добились успеха, либо применением разработок дело не ограничилось.

Луи сумел противостоять скверне очень долго. Слишком долго для его объяснения.

Так что я уточнил:

— Препараты настолько мощные, что ты продержался только с их помощью?

— О, а вот это самое интересное! — увлечённо заговорил он, — конечно, вы правы, и лекарство позволило мне продержаться только первые часы. Но дальше меня спасли муравьи.

— Муравьи? — подняв бровь, переспросил я.

— Именно! — и он начал объяснять, как всегда многословно и высокопарно, — честно говоря, я уже готовился к смерти. Если сначала у меня ещё была какая-то надежда, что мы ещё отобьёмся, что поезд сможет поехать дальше, пусть и не в полном составе… но очень быстро стало понятно, что этого не произойдёт.

Он тяжело вздохнул, потёр пальцами здоровой руки виски и продолжил:

— Однако я всё равно боролся за свою жизнь. Я бросился вглубь очага, чтобы не стать жертвой обезумевших и едва ли не моментально мутировавших соклановцев. Затем вернулся к железнодорожным путям и побежал уже вдоль них в последней, отчаянной надежде выбраться из очага. Мне ещё хватало сил, чтобы отбиваться от тварей и поддерживать щит, но вскоре влияние скверны стало просто невыносимым. Тогда на меня и напали муравьи. В этот миг я подумал, что лучше уж быть сожранным монстром, чем превратиться в чудовище. И я отключил щиты.

Луи сделал драматическую паузу. Как и большинство Вийонов, он любил порисоваться. Недаром их тотемным животным всегда считался лев.

— И? — подтолкнул я его продолжать рассказ.

— Муравьи не стали убивать меня сразу. Они впрыснули мне под кожу парализующий токсин и понесли в муравейник. Не сразу, но ещё до того, как мы до туда добрались, я понял, что этот токсин не только способен обездвижить того, в чью кровь он попал, но и приостановить развитие мутации. Конечно, после этого я выбросил из головы свой план погибнуть и наоборот стал активно изучать процессы, которые происходят в моём организме, и сам муравьиный яд.

— Ты изучал его внутри себя? — уточнил я.

— Увы, карманной лаборатории у меня при себе не нашлось, — грустно пошутил он, — собственно, во многом поэтому я и не смог добиться идеальной работы токсина. Скверна всё равно брала своё, — он махнул мутировавшей рукой.

— Что ж, — улыбнулся я, — тогда у меня есть к тебе предложение.

Разумеется, Луи его принял. Он довольно быстро смирился с тем, что назад к Вийонам ему дороги нет, и решил не тратить время на бессмысленные рефлексии.

Более того, оценив перспективы, он принял их с восторгом.

Луи был исследователем, а не воином. Большую часть времени он не вылезал из лаборатории, и сейчас в его жизни мало что изменилось. Луи горел своей работой. Ему нравилось возиться с микроскопами, колбами и пробирками.

Вот только теперь перед ним открылся доступ к уникальным ингредиентам, добытым из очаговых монстров.

И, как только я предложил ему продолжить изучение муравьиного токсина, он не только сразу же согласился, но и предоставил мне список всего необходимого для лаборатории.

Да, от Цербера мне досталось очень много первоклассного оборудования, но теперь я видел, что даже у него комплект был далеко не полон. А, когда я разузнал расценки на то, чего нам не хватает, то, внезапно, доходы от победы над Мао перестали казаться мне большими.

Но меня это даже обрадовало. Если Луи знает о столь редкой и дорогостоящей аппаратуре и умеет ей пользоваться, это говорит как минимум о том, что опыта у него достаточно.

Ну а помимо лаборатории, мы взялись за ещё один интересный эксперимент, непосредственно связанный с первым.

Часть личинок из муравейника сохранилась в хорошем состоянии. И мы решили попробовать взять их под свой контроль. Помочь вылупиться новым муравьям и вырастить из них босса-королеву, разумеется, под своим контролем.

По моей задумке, если подкармливать их тварями очага и контролировать объём поступающей скверны, то можно создать собственный муравейник, но уже лишённый функции защиты ядра, а значит — не такой агрессивный.

Таким образом, все вновь родившиеся муравьи станут прекрасным источником сырья и разных ингредиентов. А главное, того самого токсина, который открыл Луи.