— Сириния. Светлая Дева. Целитель, маг защиты и мастер святого посоха уровня «А», — назвала она свои параметры, добавляя цель визита: — на турнир, — этого стражнику хватило. Он вписал имя Святой, протянул ей временное разрешение на пребывание в городе и пропустил через ворота. Следующими стали братья Ситир. Причина та же, что и у Жрицы — турнир, а также местные угощения и выпивка, славившаяся своей крепостью и бьющим по голове хмелем. Стражник так же быстро, не вдаваясь в подробности, выдал им бумагу и записывал следующего — Этиора.

— Арион Этиор. Полуифрит. Боевой маг ранг «Б», на турнир я, — пробурчал аловолосый, которому не терпелось пройти уже этот пункт досмотра и положить на какую-нибудь приемлемую кровать свою бренную тушку. Стражник смотрел на полуифрита с подозрением, по пропуск все же дал, но с пометкой «Подозрительный».

— Следующий! — скомандовал стражник, смотря на Ильтирима. Эльф назвался полностью, как требуют того семейные традиции, называя иную причину визита в город Хварн:

— Проводник, — сказал эльф, получая бумагу-разрешение.

Стражник не удивился статусу эльфа, записал к себе в реестр учета и перешел к последнему участнику группы — мечнику. Но тот его с самого порога ошарашил и ввел в панику, которой тот не испытывал с десяток лет точно. Ведь не каждый день тебе на стол выкладывают головы бандитов, всех до единого, в том числе и главаря.

Дрожащим руками, преодолевая поселившийся в сердце страх перед юношей, принесшего добычу к нему на порог, стражник проводил досмотр отрубленных голов, соотнося их с листами розыска, вычеркивая каждого ныне покойного из базы разыскиваемых и опасных. И как только перечень покойных был полностью составлен, награда за поимку, пусть и с летальным исходом, была выдана, а группа благородных разбойников убрана со стены розыска, стражник спросил имя, расу и ранг юноши, стоявшего перед ним:

— Шед Риат, человек, мечник «А» уровня, маг льда «С» уровня, — так представился убивший бандитов воин, снесший тем головы ледяным клином. Стражник записал имя, расу, ранг, и совсем позабыл о причине визита, просто отдал ему пропуск и продолжил дальнейший опрос гостей.

Улыбаясь, держа в руках мешочек с наградой, Шед присоединился к светлой группе, следуя за ними в выбранный Этиором трактир. Поесть и отдохнуть с дороги перед записью на турнир — вот их план на сейчас. А уже вечером, когда усталость от длительного пути пешком пройдет, а желудок будет наполнен, предполагаемые участники турнира пройдут к распорядителям и запишутся в свои группы. Этиор к магам, а Шед к воинам. До этого отдых, у эльфа же персональное от Князя поручение, выполнить которое, желательно до того, как группа светлых авантюристов запишется на турнир.

Этим он и занялся, как только определился на постой и получил от комнаты, смежной с комнатой Шеда ключи и круглосуточный пропуск. С посланием и фразой от Князя, адресованной персонально антикварщику, эльф шел к Совиному кварталу, к пятому дому по улице Бронзовой. Не зная дороги, но умея общаться с народом, кому надо улыбнуться, когда необходимо извиниться, эльф добрался до антикварщика Кхатана, прося вежливым стуком в дверь, разрешения пройти.

Мужчина, носивший суровое северное имя Кхатан, и выглядел соответственно. Грузный, мощный, широкоплечий, с внушающей мускулатурой, едва сдерживающий одежду в целости на его руках, плечах и груди. С короткими, чуть касающимися кончиков ушей волосами, полностью седыми, как и брови, борода, закрывающая пол лица. Владелец лавки оказался выше Ильтирима на две головы. Стоя рядом с ним, эльф чувствовал себя крошечной снежинкой среди сугроба. Слова так и застряли в горле проводника. И лишь после требования:

— Что надо, ушастый? — эльф отошел от первого впечатления и произнес те самые слова, переданные Шедом, как и записку, извлеченную из нагрудного кармана:

— Тело — прах, душа — бытие, — на эту фразу громила отреагировал странно. Он замер без движений, смотря в одну точку, серея на глазах. Эльф готов был поклясться, что во взгляде мужчины он увидел мемориальную табличку с надписью и прожитыми годами.

— М-м-м-милорд Шадар, — сказал Кхатан, разворачивая сложенный лист, на котором была написана одна фраза и то на недоступном эльфу языке. Ее значение ему не ведомо, зато антикварщик прекрасно понял и тут же стал вежливым, учтивым и приветливым, располагающим к разговору и общению. Эльфу он предложил первоклассный чайный сбор с редкими ягодами и травами, пышные кексы и только испеченное печенье, а сам откланялся, уходя в служебное помещение с хранилищем редких товаров, не доступных обыденному покупателю.

— Интересно, — задумался Ильтирим, делая глоток обжигающего чая, — почему Кхатан так боится Шадара, и что же такого Князь в том послании написал? — но ответ в данный момент он не получит, так как мужчина не расскажет, а мысли читать и прошлое видеть проводник не умеет. А задавать вопросы Князю, следующего определенной к цели, Ильтирим пока что не станет. Да и сам Шед, если будет необходимость, введет эльфа в курс дела и глубины задуманного плана. Все-таки выказал Снежному дюру тройной поклон, а это значит, что теперь он часть его свиты, с которой считаются, почти на равных общаются и защищают при необходимости.

***

А тем временем, пока Ильтирим общался с Кхатаном, находящийся в прекрасном расположении духа Шадар, спустился в общий зал, чтобы перекусить, а после, присоединившись к Этиору и Светлой Деве, навестить распорядителя, отвечающего за турнир и его участников. Но не успел Шед найти себе место, заказать еду и напитки, как услышал наполненный шелковыми тонами и бархатными этюдами голос барда, вещающий под переливы пипы легенду, по просьбам заморских гостей.

— Когда упал последний лист,