Я понял, что находился рядом с домом Прохора, заметил поломанный забор загона, в котором должен был сидеть друнд.

Крупная птица клевала тварей размером с собаку, осаждающих землянку по соседству. Монстров было больше десятка. Внешне они смахивали на огромных жаб.

Друнд мне пришёлся по душе, было бы неплохо завести себе такого в будущем.

Бросился в схватку с монстрами. Они сноровисто отпрыгивали на несколько метров в сторону, уворачиваясь от ударов, а затем пытались напрыгнуть или ударить меня длинным шипастым языком. Эти мерзкие склизкие языки то и дело шлёпали по щиту и застревали в нём. Приходилось рубить их.

После того как убил двух тварей, снова провалился в какой-то транс. Со мной такое бывало во время драк. Я лишь понимал, что передо мной враг, и старался достать его топором. Хотелось помочь беззащитным людям.

Похоже, я опять впал в боевое безумие. Теперь главное было вовремя остановиться и не убить невинных и подкрепление, которое могло появиться в скором времени.

Не заметил, как окончился бой. Когда меня отпустило, я огляделся. Вокруг входа в землянку валялось больше десятка тварей. Друнд, помогавший мне в бою, выклёвывал мозги у монстров и поедал их.

В животе тревожно заурчало. Я сел на одну из туш, достал из-за пазухи пирог, завернутый в полотенце, размотал его и вгрызся в сдобный кусок.

Боже мой, как хорошо!

Доклевав последний мозг у твари, ко мне подошёл друнд. Он уселся рядом, а голову, всю заляпанную кровью, положил на мои колени. Свободная рука невольно потянулась погладить испачканные кровью и мозгами перья. Я жевал пирог и гладил друнда, приговаривая приятные для любого животного слова.

— Ну ты как обычно, — сказал Иван, появившийся вместе с Прохором, — устроил резню.

— Семён, как вам это удалось? — удивлённо спросил охотник, указывая на свою птицу у моих ног. — Он мне никогда не разрешал себя гладить. Друнды очень сильные и независимые птицы.

Я пожал плечами, не зная, что ответить.

Прохор улыбнулся, подошёл к землянке и постучал кулаком в дверь.

— Выходите! Всё закончилось, на улице безопасно.

Дверь открыли, и в проёме показались знакомые лица моих бывших односельчан.

— Семён, это ты? Но откуда?

Послышались вопросы от девушек, отсиживающихся в землянке вместе с детьми. Вскоре появились их мужья с крупными копьями, они явно тоже участвовали в отражении атаки на село.

Прохор с Давыдовым переглянулись.

— У вашего князя по матери фамилия Минский? — лишь спросил он.

— А ты получается Прохор, слуга, который обучил его бою на клинках? — спросил Иван одноглазого мужчину.

Глава 3

Два часа дня. Колония «Ярцево». Родовое имение Пожарских.

Прошло, наверное, больше суток с того момента, как я оказался в тюрьме без тюремщика. Её для меня создал человек, когда-то предавший отца Антона ради денег.

Вчера он разыграл просто мастерскую комбинацию, посадив меня на цепь около семейного хранилища. Я теперь словно пёс, охраняющий дверь.

Даже на шее был ошейник, правда не простой, а подчинения. Он сделал из тела послушную куклу, выполняющую приказы.

Как бы я хотел переиграть всё это! Но возможно ли?

То что в последний момент Антон съедет с катушек, не мог предсказать никто. Я думаю, он и сам не предполагал, что так сильно поддастся эмоциям. Всё же перед ним была дверь в древнюю сокровищницу рода.

Я сделал вывод: чтобы такого не происходило, надо просто давать ему время от времени управлять телом. А самому в такие периоды максимально восстанавливать силы, и хрен он меня выдавит в неудобный момент.

Ещё можно попробовать избавиться от Антона раз и навсегда при помощи сильного мага жизни, но в этом случае я мог раскрыть себя. Кто знает, может, в гильдии медиков на высших уровнях есть инструкция, как поступать с такими, как я, попаданцами. Не думаю, что стоит рисковать своей жизнью ради мелочной мести. Лучше потороплюсь с возвращением магии и скорее свалю из этого мира, хоть он мне и полюбился.

Решено, так и сделаю.

Какой у меня план? Надо как-то выбираться отсюда, но как? Сейчас я даже с Антоном поговорить не могу.

Может, попробовать перехватить управление над телом?

Попытался, но бесполезно, у меня ещё очень мало сил. Надо восстанавливаться.

Что я сейчас мог?

Только испытывать те эмоции, которые испытывал Антон.

Но он сейчас был куклой и не чувствовал эмоций, похоже, он даже думать не мог.

Антон сидел на камне, я ощущал, как ветерок трепал его кудри, которые то и дело скользили по щеке. Голода, впрочем, как и жажды, не ощущалось. Он недавно ел. Уваров снабдил пленника какой-то сдобой и водой.