Звоню личному помощнику, и тот уже торопится принести необходимое.

— Это всё алкоголь, — вздыхает Алекс. — Мне не стоит пить. У Тео… — осекается она.

— Что у Тео? — чувствую, как от ревности бурлит всё внутри, но сдерживаюсь, стараясь получить крупицы внимания и информации.

— У Тео тоже так было один раз, — отворачивается к окну она. — В самый первый вечер, когда он приехал, мы ужинали в саду, и я попробовала вино впервые в жизни. У меня тоже кружилась голова, и я чуть не упала. Он тоже взял меня на руки, и так же быстро, как вы… ты… отнёс в мою комнату.

Я сжимаю кулаки в карманах, радуясь, что Алекс сидит ко мне спиной и не может видеть эмоций на лице. Чувствую, что готов взорваться от переполняющей ревности, но кое-как держу себя в руках.

— Надеюсь, всё закончилось благополучно? — с усилием, стараясь придать голосу максимальное спокойствие, продолжаю беседу.

— Да, можно сказать и так, — голос девушки звучит неожиданно задумчиво. — Он позаботился о том, чтобы всё про…

В приоткрытую дверь входит мой помощник и прерывает рассказ, оставляя меня домысливать историю.

Пока я обрабатываю чуть припухшую лодыжку девушки, еле сдерживаюсь, чтобы не начать поглаживать нежную кожу её стройных ног. Хочется подняться выше, умело приласкать, покрыть поцелуями, изучить каждый миллиметр желанного тела, овладеть и подчинить своим желаниям.

Воображение, разгорячённое рассказом Алекс о заботливом, внимательном Тео Ан, подбрасывает такие развратные картины, что сдерживаться всё сложнее.

Закончив с лодыжкой, быстро встаю, борюсь с желанием захватить девушку в плен объятий и поцелуев, с трудом отрываю взгляд от стройной фигурки:

— До утра всё пройдёт, советую лечь и выспаться. Если будет болеть, то смажь ещё, — ставлю мазь на прикроватную тумбочку. — Я зайду утром, — и быстро ретируюсь из комнаты, пока ещё есть силы уйти.

— Спасибо, и спокойной ночи, — слышу лёгкое замешательство в нежном голосе, уже закрывая за собой дверь.

«Болван! — ругаю себя, мчась в кабинет. — Тупица! Как ты мог так бесцеремонно себя вести, не попрощаться нормально. Что она подумает?»

Сажусь за рабочий стол и пытаюсь выбросить мысли об Алекс, сконцентрироваться на делах. И с успехом проваливаюсь.

«Сад, дети, семья…»

Алекс взбудоражила, раздразнила тем, что я когда-то так отчаянно желал. Но не вышло! После того, как в одночасье не стало Агнесс, всё потеряло смысл. Ни с кем другим я такого больше не захотел. И вот сегодня, услышав из уст Алекс такие простые человеческие мечты, я будто сбросил с себя груз векового одиночества. Я ощутил, что, помимо внешней красоты и неиспорченности, меня притягивает к ней нечто сокровенное, будто мы родные души. Так прекрасно было услышать от девушки эти слова, словно она заглянула в мои самые потайные уголки.

Когда отрываю взгляд от фотографий Алекс, чтобы посмотреть на очередное уведомление глофона, то вижу, что просидел больше часа, таращась в монитор.

Открываю сообщение от незнакомого номера и обнаруживаю фотографию почти голой Элины, развратно раздвинувшей ноги в ажурных чёрных чулках. Следом приходит сообщение: «Горю от страсти к тебе» и адрес.

Неудовлетворённое желание обладать Алекс, раззадоренное воображаемыми картинами их утех с Высшим Ан, продолжает тлеть. Но трахать хорошенькую и умелую вампиршу я не буду. В прошлый раз всё было бесполезно, и я оказался у кровати спящей Алекс уже через несколько минут после того, как обессиленная Элина вышла из моего кабинета.

«Нет. Мне нужна Алекс, и точка!»

Удаляю сообщение развратной красотки и тихо-тихо, как преступник, проникаю в комнату спящей девушки. Она что-то шепчет во сне, слов не разобрать. А мне хочется просто лечь рядом и успокоить тревожный сон своими объятиями.

«Виктор Морено, ты пропал! И хоть ты сам не верил, что можешь полюбить ещё раз и встретить свою истинную пару, но это случилось! — думаю, стоя у кровати хрупкой девушки. — Не верил, что это когда-нибудь произойдет! Я готов на всё ради неё!»

Александра

Едва дверь за Виктором Морено закрылась, глофон пропиликал, уведомляя о сообщении. Это Тео: «Скучаю, моя вкусная девочка».

Перечитав сообщение несколько раз, даю волю чувствам и утираю слёзы. Потому что сегодня, едва Верховный Морено взял меня на руки после того, как подвернула ногу, чуть не сошла с ума от счастья и желала только одного: оставаться в этих объятиях. А когда Виктор осматривал мою лодыжку и втирал лечебную мазь, охватила волна такого огненного притяжения, что сдерживаться было почти невозможно. На краткий миг показалось, что он не хочет уходить и желает того же, что и я — быть рядом, и… поцелуя. Но через мгновение он уже скрылся за дверью, даже не попрощавшись, будто моё присутствие тяготит, и я кое-как выдавила прощальные слова ему в спину.