– Кристи, – вздохнул Элрой, глядя сверху вниз на меня. – Тебе надо выкинуть Огненного из головы. Я могу помочь, если сама не можешь.

– Зачем это? – нахмурилась я. – Выкидывать зачем?

– Затем, что он увлечен не тобой, а твоей сестрой. И делает это не специально, чтобы тебя позлить. Он, действительно, о ней заботится. Сильно. Раньше Кай так опекал только Мелоди.

– Ему нравится Ева? По-настоящему? – Мне словно глаза открыли. А ведь звоночков полно было, но я упорно не желала ничего замечать, зациклившись на себе любимой.

– Нравится, – подтвердил Эл, отцепляя от своих плеч мои пальцы, чтобы стиснуть их в теплых ладонях. – Но, боюсь, недостаточно, чтобы он отказался от привычного образа жизни ради нее. Да и ей это не надо – она в другого влюблена, причем по уши, – усмехнулся телепат, который и сестренку мою вдоль и поперек прочитал.

Страш-ш-шный человек!

Как меня угораздило с ним связаться?

– Жалеешь? – Губы его по-прежнему кривились в улыбке, но взгляд будто заледенел.

– Нет. – Высвободив руки, я спрятала их за спину.

– Помочь избавиться от чувств к Каю? – Глаза его сузились, пряча за темными ресницами колючий лед.

– У меня нет чувств к Каю, – заявила я с вызовом. – Но есть желание повторить поцелуй, как тогда… м-м-м…

Кажется, я забыла не только, как дышать, но и как мыслить тоже, потому что в голове воцарился вакуум. Полнейший! И вовсе не от ментального воздействия телепата, а от его поцелуя. Раздражающе-короткого, кстати. Я только вошла во вкус, а он уже отстранился.

– Теперь можешь влепить мне пощечину, – сказал Эл, дернув уголком рта, от которого я никак не могла отвести взгляд. – Или расцарапать физиономию. Ты же этого хотела?

Я пару раз заторможено моргнула, потом медленно подняла руку и… притянула к себе парня, вынуждая его вновь наклониться. Поднявшись на носочки, сама впилась в его губы, желая получить все то, что мне недодали.

Секунду где-то он стоял столбом, не отвечая, а потом резко дернул меня на себя, вдавливая в собственное тело, приподнимая… Затем усадил на стиральную машинку, стоявшую в углу, и начал целовать так, что я забыла не только про Кая, но и вообще обо всем. Опять! Очнулась, лишь когда в дверь начали настойчиво барабанить.

Эл чуть отступил, тяжело дыша и глядя на меня из-под длинной челки непривычно темными от расширенных зрачков глазами. Мое сердце бешено колотилось, пальцы, потеряв опору, впились в крышку вертикальной стиралки, а в висках набатом стучала кровь.

Я хотела почувствовать себя живой? Как это было с Огненным в аварийном эш-каре? Да, черт возьми! Почувствовала!

Я живая!

А еще хмельная и неудовлетворенная, потому что мне мало.

С Каем целоваться было круто, крышесносно и… поверхностно. Как урвать главный приз на гонке. Головокружительная эйфория, которая проходит так же быстро, как и появляется. С Элом все было глубже, ярче, чувственней. Он уже отстранился, а я по-прежнему кипела, ощущая, как по венам растекается пылающая лава.

Горячо, болезненно-сладко и да… МАЛО, черт подери! Особенно когда он ТАК на меня смотрит: неотрывно, пронзительно, откровенно, будто лаская взглядом.

– Крис, ты здесь? Кристина!

Если бы не Ева ломилась в дверь, я бы убила обломщика, посмевшего нам помешать. Но на сестру рука не поднималась.

– Да ты, правда, пантера, – тихо рассмеялся Эл, спуская меня с машинки, будто я сама спрыгнуть не в состоянии. От прикосновений его по телу побежал ток. Снова! И что-то мне подсказывало, что теперь именно так все и будет. Каждый раз по нарастающей, пока мы не окажемся в одной постели.

Упс!

Я прикрыла ладонью рот, хотя ничего не говорила. Но с телепатом ведь и не надо говорить.

– Кристи-и-и, – простонал парень, сгребая меня в охапку и прижимая к себе так, что опять стало трудно дышать. – Издеваешься?

На самом деле нет, но эффект мне понравился.

– Крис? – вновь позвала Ева. – Я сейчас Кая позову, и мы дверь выломаем. Ты перепила? Тебе плохо?

– Мне хорошо, – ответила я, причем честно. Получилось вроде даже спокойно, хотя сердце опять зашлось в истерике от близости парня, который как-то очень уж стремительно перешел из френдзоны в высшую лигу. Или он давно перешел, а я просто отказывалась это замечать? – Очень хорошо, – добавила твердо. – Сейчас поправлю макияж и придем.

Теперь точно было, что поправлять, ибо такие поцелуи никакая косметика не выдержит. Разве что голографическая.

– Ладно, – сдалась сестра. – Ты не одна там, да? – дошло, наконец, до нее.

– Она со мной, Ев. Я присмотрю за ней, иди, – сказал телепат, целуя меня в висок и край ушка. Легко совсем, но до чего же волнительно.

И вновь по коже разлилась дрожь, оседая искрами желания в кончиках пальцев, сжимавших майку парня. Это особое электричество закручивалось спиралью внизу живота, где непривычно тянуло и пекло. Ощущений было столько… острых, ярких, незнакомых, что меня начало трясти, как в лихорадке. А ведь мы просто поцеловались!