— Да, — скупо отвечает она. — Ты прав. Он, честно говоря, навёл шороху в совете акционеров.

— Я что-то слышал краем уха. Неудивительно, что вы хотите от него избавиться, — Максим вдруг коротко, но громко смеётся. — Все хотят от него избавиться. Грозины уже смогли, теперь очередь за вами.

— Разве так можно, — примирительно говорит Зинаида. — Он ведь твой двоюродный брат.

— Мерзкий бастард. А теперь ещё и изгой, — Максим выплёвывает это слово. — Не хочу иметь с ним ничего общего. Он думает, что мы друзья. Ха! Наивный дурак.

Он берёт чашку и делает глоток. Ставит её на место и долго поправляет, не мешая графине изумляться его поведению.

— Ладно, хватит о нём. Что конкретно вы хотите, Зинаида Валерьевна?

— Позволь задать вопрос, — осторожно начинает Белозерская. — Я верно понимаю, что тебе не слишком интересна моя фирма?

— Вы правы.

— Тогда я бы хотела выкупить твои десять процентов. Не сама, потому что у меня сейчас нет свободных денег. Но я намерена найти инвестора, и у меня уже есть заинтересованные…

— Я понял, — прерывает Максим. — Выкупив мою долю, вы тем самым лишите изгоя этих самых десяти процентов.

— Да, — вынуждена ответить графиня.

— К сожалению, остальные пятнадцать процентов вы никак не можете у него забрать. Поэтому затем вы запустите эмиссию и размоете его долю, а после выгоните из совета. Всё так?

Белозерской не хотелось раскрывать все свои карты. Но всё было действительно так. И к тому же она почти убедилась, что Максим отрицательно относится к бастарду.

— Возможно, мы так и поступим, — уклончиво отвечает она.

— Тогда я скажу вот что. В министерстве, где я работаю, есть человек по фамилии Ларин. Советник министра. Он ищет объект для инвестирования, и я хотел бы помочь ему найти вариант.

— Понимаю, — протягивает Зинаида.

Видимо, Максим хочет выслужиться перед начальством. Помочь советнику выгодно вложить деньги — чем не способ?

Да и самой графине это на руку. Если в Цитату вложится чиновник, это может здорово помочь бизнесу. Тем более, она приврала, когда сказала, что у неё уже есть заинтересованные инвесторы. Пока никто не горел большим желанием вкладываться в убыточное дело.

— Я продам свою долю акций Ларину, — продолжает Максим. — И также он будет готов купить новые акции, которые вы выпустите. Но сумма должна быть не меньше пятидесяти миллионов рублей.

— Примерно на такое увеличение капитала я и рассчитывала, — говорит Зинаида.

Про себя она ликует. Вообще-то, она думала увеличить капитал миллионов на тридцать или даже меньше. Этого бы хватило для размытия доли Александра.

Пятьдесят миллионов — уже другое дело! Эти деньги можно пустить в оборот и дать фирме небольшой толчок.

— Но у меня есть ещё одно условие, — Максим поднимает глаза, глядя куда-то за плечо графини. — И оно вам не понравится.

— О чём речь?

— Когда Ларин купит мою долю, после этого я сразу же хочу купить долю ваших дочерей. Это тоже десять процентов, не так ли? По пять у каждой.

— Не поняла, — хмурится графиня. — В чём смысл?

— В том, что я хочу оставить актив. Но готов помочь вам с тем, чтобы выбросить изгоя из совета. Взамен вы получите надёжного инвестора, так что соглашайтесь, — Максим бросает взгляд на наручные часы. — Я хочу быть дома к восьми. Уже без пятнадцати.

Почти впрямую говорит, что у Белозерской нет времени на размышления. Чёртовы Грозины! Все одинаковые. Этот хоть и аутист, но не лишён семейной жёсткости.

Графине требуется несколько минут, чтобы принять решение. Принять эту схему означает лишиться ещё части Цитаты. Но если это позволит избавиться от Александра — потом акции можно и выкупить. Забрать часть у этого Ларина, например.

Так что…

— Я согласна, — говорит она.

— Тогда я звоню советнику, — Максим немедленно достаёт телефон. — Поговорите с ним лично, он готов приехать.

Вечером того же дня

«Самые надёжные наёмные секунданты Москвы! Клянёмся честью признанного рода!»

Такой вот слоган нахожу на сайте конкурентов Оруженосца. Быстро же они появились. Думаю, что готовились открыться заранее, когда услышали про запуск моего агентства. Но когда узнали, что я изгнан, решили ковать железо, пока горячо. Слоган прямо намекает на то, что лучше работать с ними, чем с изгоем.