— Ладно, приказ ясен. Это для шантажа?

— Нет, для защиты. Шантаж не в моём стиле. Всё, мне пора ехать. Дальше сам разберёшься?

— Конечно, ваше сиятельство, — Вик улыбается. — Всё будет сделано.

— Кстати, не забудь передать нашему терапевту телефон. Чем быстрее, тем лучше.

— Отправлю кого-нибудь из ребят.

Направляюсь к Ауди и подзываю водителя. Говорю ему адрес, по которому мы должны встретиться с Максимом. Сам в это время звоню хакеру.

— Егор, привет.

— Здрасьте, ваше сиятельство. Слушайте, я сразу спрошу: нам конец?

— Неожиданно. Почему ты так решил? — уточняю я.

— Ну, вас изгнали из рода. Всё теперь? Наши перспективы коту под хвост?

— Ни в коем случае. Всё, что я тебе обещал, в силе.

— Надеюсь… — вздыхает Егор.

— Скоро тебе позвонит Виктор. Передашь ему всё, что нарыл про Булатова — где бывает и в какие дни.

— Легко. Он почти по одному и тому же маршруту каждый день двигается. А вечерами часто бывает в Каракале. Мужской бар такой. Выпивка, стриптиз и всё в этом духе.

— Превосходно. А что насчёт того дела с парнем-инвалидом?

— Подробностей немного. Уголовное дело же не открывали. Но я нашёл кое-что другое! После того как друг барона подарил семье парня офис, он через месяц выиграл грант. Ровно на ту же сумму, сколько стоил офис.

— И кто подарил ему этот грант?

— Какой-то фонд поддержки предпринимателей. Если коротко, то он связан с Булатовым. Через третьи руки, но я всё вычислил. Доказать связь не проблема.

— Понял. Собери все данные в один документ и пришли мне.

— Конечно, ваше сиятельство.

— Ты телефон для врача подготовил?

— Ага, всё сделано. Можно забирать.

— За ним скоро приедут. Пока.

Вскоре приезжаем на место встречи с Максимом. Это оказывается парковка рядом с мелким торговым центром, на западной окраине Москвы. Люди здесь, судя по всему, бывают небогатые и в основном простолюдины.

Даже моя машина смотрится здесь дорого. А Волга Максима, которая стоит миллионов двадцать, будет вообще как бриллиант среди кучи навоза.

Однако оказывается, что я недооценил осторожность Макса. Через полчаса рядом с нами останавливается неприметная Тойота. Неприметная, если не считать наглухо тонированных стёкол.

Заднее окно чуть опускается, и я вижу глаза Максима. На всякий случай оглядевшись, вылезаю из своей машины и пересаживаюсь в его.

— Побудь снаружи, — говорит Макс своему водителю.

Тот послушно вылезает из салона и отходит на несколько шагов.

— Привет, братишка, — я улыбаюсь. — Спасибо, что приехал.

— Пожалуйста, — глядя сквозь меня, кивает Макс. — Только давай никто об этом не узнает. Сам понимаешь, обстановка в семье сейчас напряжённая.

— Понимаю. Потому вдвойне благодарен, что ты согласился на встречу.

— Мы же друзья, — серьёзно говорит Максим. — Ты говорил, друзья поддерживают друг друга в сложных ситуациях.

— Верно. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, можешь на меня рассчитывать.

Глаза Макса начинают блестеть. Он отводит взгляд в сторону, снимает очки и протирает глаза.

— Непривычно, — говорит он.

— Что? Иметь друга?

— Наверное. Непривычно, что кто-то готов мне бескорыстно помочь. Ты же делаешь это бескорыстно?

— Обижаешь, брат! — восклицаю я. — Само собой.

— Извини. Просто я привык, что всем от меня что-то нужно. Деду, отцу, учителям, начальнику в министерстве. Те, кто называли себя моими друзьями, просто хотели примазаться к богатству Грозиных.

Максим задумчиво смотрит в пустоту. Достаёт из дипломата салфетку и начинает протирать линзы. Я молчу, понимая, что пока он не завершит свой ритуал, продолжать разговор бессмысленно.

Проходит пара минут, прежде чем Макс надевает очки на место.

— Ты сказал, что дело касается Цитаты, — говорит он.

— Да. Белозерская тебе ещё не звонила?

— Нет. А должна была?

— Скоро позвонит, можешь быть уверен.

Рассказываю Максиму о том, что произошло сегодня на собрании совета. Выслушав, он с пониманием кивает.

— То есть теперь они захотят выкупить мою часть. У тебя в управлении останется пятнадцать процентов. Они выпустят дополнительные акции, продадут их кому-нибудь, и тем самым размоют твою долю.