— Горите в аду, мрази!

— Убийцы!

С трибуны, собственно, вещал старичок в рясе. Целое шоу.

— Святая Мария плачет, глядя на оболочки этих людей! — тыкал он посохом в смертников на эшафоте. Мэри и заключенный. Они стояли на коленях, перед ними — грязные металлические ящики. У каждого ждал палач с топором на плече. Лица приговоренных скрывали мешковатые маски синего цвета. — Не будет раскаяния! Не будет…

— Ох, каждый раз… — закатила Асити глаза. — Любят мариисты театральщину похлеще Шутов принцессы. — Ей явно не нравилась святая церковь. Хотя саму богиню учитель уважала.

Стоило нам подступить к задним рядам «зрителей», как они начали растекаться в стороны, постепенно создавая проход. Когда речь закончилась, я уже стоял в нескольких метрах от эшафота. Будущие духи заметили меня, когда с них сорвали мешки.

— Хе-хе-хе, — оскалился заключенный.

— Господин, — кивнула Мэри.

В обоих не было и капли страха. Они готовились принять судьбу. Смерть. Служение.

Асити взглядом отыскала капитана. Он уловил посыл, что-то скомандовал своим людям. Из-за раздражения постоянно морщился. Еще Вердо задержала взгляд на ком-то в стороне, я не успел разглядеть, на ком именно. Но не было времени сконцентрироваться.

— Последние слова, дети ада? — сделал религиозный жест священник. Прямая ладонь ребром к груди.

— Ха-ха-ха! — сплюнул заключенный и получил удар по голове.

— Пока есть жизнь, есть надежда, — опустила Мэри голову на ящик. — Но теперь… Есть только карты.

— Хе-хе, еще увидимся, сучары!

Заключенного грубо прижали к ящику, обмотав его шею цепями.

Священник кивнул. Начал пристукивать посохом. Толпа стихла, слушая медлительные удары. Очень быстро мое сердце вошло в один ритм с этим стуком. Я достал две карты. Движением пальцев разъединил их.

Посох стучал. Ускорял темп. Палачи развернулись, занесли топоры.

Посох отбивал звук, как боевой барабан. Позолоченные кольца на верхушке создавали звон.

— Ка-а-а-азнь! — громко прокричал старик.

Одновременный удар! Топоры опустились, головы упали с плеч, хлынула кровь, мертвая плоть осталась лежать на ящиках. Обмякшие тела завалились набок. И только народ взвыл от триумфа справедливости…

— ЗАХВАТ! — мой голос был громче воя толпы.

Вспышка!

Испуганные возгласы. Стража не дернулась: была предупреждена. А священник не мог поверить своим глазам.

Сочащаяся дымка из мертвых тел собралась в призрачные образы, затем обрела материальный облик. И какой!

Мэри стала женщиной, чье уродство прикрывала керамическая маска без прорезей. Был виден только подбородок с острыми зубами. Все тело… покрывала белая керамическая броня, и даже длинный подол был тверд. Красная плоть сильно контрастировала с белоснежным цветом. Тощие руки остались обнаженными.

Заключенный походил на чудовище из кошмаров. Скованный цепью, он горбил спину. И тоже верхняя часть его лица была скрыта за цепями, виднелась лишь широкая улыбка до ушей да зубы — длинные и острые, как бритвы. А вместо рук… Два клинка — два алых клинка, сделанных из прокаженной кожи.

Они оба преклонили колени. И перетекли в черные карты.

Прокаженный — Мэри. Уровень 0.

Скорость — Низкая.

Сила — Низкая.

Живучесть — Низкая.

Защита — Высокая.

Магия — Средняя.

Клан — Клана нет.

Связь — Опекун.

________________________

Прокаженный — Мясник. Уровень 0.

Скорость — Средняя.

Сила — Средняя.

Живучесть — Средняя.

Защита — Нет.

Магия — Нет.

Клан — Клана нет.

Связь — Связи нет.

Два новых духа. Три карты. Начало положено. Одним движением спрятал их в рукав.

Выдох.

— Получилось, — улыбнулся я.

— Тут мы закончили, — игнорировала Асити застывшую толпу. — Теперь…

— Как смели вы?! — спешил к нам священник.

— Ну, началось, — прочистила горло Вердо.

— Господа игроки! — чуть ли не брызгал слюной старичок. Он был зол, полон гнева. Но, похоже, сдерживал себя. Заметил наши значки. — Лисица? Кхм, — что-то забубнил он себе под нос. — Ученые Духа давали вам разрешение?.. — О, он заметил мою краснохватку. Какой мерзкий взгляд! — Разрешение на захват этих нечестивых душ?! — не давал он нам и слова вставить. — Капитан?!