— А число сиура двенадцать, — подсказала Лийга. — И что с того? Ты по сей день считаешь, что все легенды, связанные с Метатроном, это выдумки местных, чтобы как-то определить явление?

— Не знаю. Точно на этот вопрос ответить невозможно, — покачал головой Ит. — Миры Сонма на начальных этапах всё-таки имеют различия, первый уровень так и вообще, кто куда. Нет, общие вехи есть, но и различий полно. Сходство проявляется на втором и третьем уровнях, потом, на четвертом, снова идут расхождения.

— И это вы до сих пор не соотнесли со Стрелком? — спросила Лийга. — Правда? Да ладно, в жизни не поверю.

— Соотнесли, разумеется, — тут же сказал Скрипач. — Ещё тогда, на том этапе исследований, мы это всё как раз соотнесли.

— И какой вы сделали вывод? — с интересом спросила Лийга.

— Сходство проявляется на время работы сигнатуры Стрелка, — пожал плечами Скрипач. — Потом, когда работа заканчивается, сходство пропадает.

— А у меня другой вывод. Сигнатура Стрелка начинает отрабатывать миры с момента возникновения цивилизаций, — сказала Лийга. — Именно поэтому и существует такое количество сходных понятий и явлений. В том числе и Метатрон. Между прочим, в Библии он не упоминается. Тоже весьма любопытный момент, вам не кажется? Зато он упоминается в иудаизме, который старше, и довольно часто. И в самой поздней ветви этой же религии он тоже есть. А какие у него названия! Страж, ангел завесы, небесный писец, хранитель стражи. А ваша любимая латынь? Слово metator означает — посланник, проводник, лидер, измеритель. Измеритель — чего? Проводник — кого? Лидер, посланник… Ит, перечитай свою же работу, в ней ответов просто уйма, но ты старательно их не замечаешь.

— Ты еще в сказках предложи ответы поискать, — покачал головой Ит. — Нет, сейчас я допускаю, что доля правды в твоих словах есть, но… Лий, пойми, в истории Сонма подобных моментов очень много. Равно как и якобы совпадений.

— Якобы? — прищурилась Лийга. — Ты уверен, что якобы? Может быть, это и не совпадения вовсе?

— Не исключено, — Ит пожал плечами. — В любом случае, у нас нет возможности это проверить.

— Снова-здорово, — Лийга безнадежно вздохнула. — Почему бы просто не поверить в то, что вы видели своими глазами, и слышали своими ушами?

— Потому что наука — это наука, — серьезно ответил Ит. — Чтобы иметь право на какой бы то ни было вывод, его нужно доказать и подтвердить. Не делается базис на домыслах и совпадениях, это несерьезно. Даже если очень хочется во что-то поверить — нельзя.

— Почему? — спросила Лийга.

— Да потому что нельзя. Хорошо, давай по порядку. Там, на берегу, мы видели троих людей…

— Которых я сожгла, — резко сказала Лийга.

— Которых ты сожгла, — подтвердил Ит. — И которые назвали себя — Метатроном. Не кого-то одного из них, а всех сразу. При этом они не сказали, что они являются организацией, но упомянули структуру. Сказали, что они — глаза и руки. Что мы имеем в сухом остатке? В данном случае — энное количество неких людей, о которых мы мало что знаем, способных осуществлять наблюдение за Архэ в стадии инициации. Здесь — они себя проявили. Эта встреча не первая, но тогда они использовали другой метод.

— Это когда с поварами? — уточнила Лийга.

— Да, с поварами, в том числе. И с мальчиками, мы тоже про них рассказывали, — ответил Ит[1]. Скрипач кивнул. — К сожалению, в тот раз мы не общались напрямую с «дирижерами», имели дело только с последствиями их работы. Да и то косвенно, как мне кажется. В этот раз общение действительно присутствовало, но никакой конкретики мы так и не увидели.

— И поэтому ты скидываешь со счетов всё скопом… — начала Лийга.

— И поэтому мы предпочитаем не делать поспешных выводов, — возразил Ит.

— И сколько ещё сотен лет должно пройти, чтобы вы перестали считать выводы поспешными? — ехидно поинтересовалась Лийга. — Или ты считаешь, что наукой занимались только вы двое? Я, между прочим, ею тоже занималась.

— Ботаникой, — подсказал Скрипач.

— Да, — Лийга кивнула. — В том числе межвидовой. К сожалению, не человеческой. К очень большому сожалению, — добавила она. — Сейчас всё приходится изучать если не с нуля, то где-то поблизости. Так вот, я сейчас не о том. Рыжий, дай веточку какую-нибудь, — Лийга встала с бревна, подошла к тропинке. Быстро начертила схему сигнатуры, разумеется, только основные элементы — Архэ, «наблюдателей», миры появления, становления, инициации; проставила пометки ориентировочных временных маркеров. А затем, секунду подумав, она заключила в круг сперва Архэ, а затем, в отдельные круги — «наблюдателей» и «принцесс». Потом добавила ещё один круг, уже в область «окончание цикла».

— И что это значит? — спросил Скрипач.

— Это я поставила пометки там, где присутствует воздействие Метатрона, в том или ином виде, — пояснила Лийга. — Давайте смотреть сами, пускай на основе Лина и Пятого, нам всем так будет проще. Как вы считаете, мог ли Метатрон принимать участие в их воссоздании, причем на всех этапах?

Ит задумался, нахмурился.

— Мог, — сказал он. — Запросто мог. Например, они могли осуществлять доставку материала на планету из места, где он находился.

— Отлично, — похвалила Лийга. — Первый кружочек мы оправдали. Поехали дальше. Момент, когда их украли с планеты, — она указала на следующий круг. — Могла эта странная комбинация быть делом рук всё того же Метатрона?

— Могла, — тут уже кивнул Скрипач. — Ситуация более чем странная, и опять концы в воду.

— Вот эти самые «концы в воду» — явный признак работы Метатрона, — заявила Лийга. — Если не можешь ничего найти, ищи его. Далее. Те девятнадцать лет, про которые я даже говорить не хочу. Оттуда снова торчат уши Метатрона, и, для компании, туда затесался Эрасай, видимо, чтобы не было так скучно. Верно?