Злое сейчас стояло возле нашего столика и нахально скалилось.

Оскар был живым кошмаром всего моего детства. А также детства всех девочек, коим довелось расти с ним под крышей одного приюта. Неуправляем, неуравновешен и агрессивен. Он брал, что хотел, и никто не мог остановить эту бездушную сволочь.

Не мог или не хотел.

Годами позже, когда я стала взрослее и умнее, меня все чаще стали посещать неутешительные мысли о том, что настоятельница и нянюшки знали, какой демон растет в стенах приюта. Но им было все равно. А может быть даже они и сами приложили руку к его становлению. Все же ручное чудовище лучше абстрактных проповедей.

Со мной Оскару не повезло – я оказалась магом и смогла дать парню отпор. До сих пор на его красивом, в общем-то лице, остался шикарный шрам через всю рожу. Настоятельница тогда конечно посадила меня в карцер на неделю, но Оскар приближаться больше не рисковал.

Мы выросли, выпустились и дорожки наши разошлись. Я про него, честно признаться, совсем забыла и, наверное, никогда бы не вспомнила.

Но день был скверный, и во всей столице именно в эту едальню ему захотелось зайти.

Я набрала в грудь воздуха, чтобы какими-нибудь едкими и злыми словами отогнать призрак моего не слишком доброго прошлого, но совершенно забыла о том, что за столом не одна.

– Ты хочешь с ним пообщаться? – спросил Драгблад, внимательно посмотрев на меня.

– Нет, – ответила я.

– Ой-ой, Шерри нашла себе благородного покровителя! – оскалился Оскар. – А он знает, что ты вытворяла в приюте, а, недотрога?

Мне захотелось ему еще раз поправить лицо. Так, чтобы ни один лекарь не смог затянуть раны. Это было странное, незнакомое и совершенно неконтролируемое желание.

Словно чья-то чужая, более сильная эмоция заполнила меня изнутри и забурлила, перетекая вместе с кровью по венам.

Не знаю почему, но мне было зло и обидно о того, что Оскар попытался очернить меня в глазах дракона.

– Уходи, – спокойно произнес Драгблад, посмотрев на Оскара.

Это была не угроза. В словах не чувствовался приказной тон, коим грешили аристократы. Это было просто слово равнодушного человека, которому совершенно все равно на наш конфликт.

Но что-то такое было в этом одном слове, от чего волосы становились дыбом и хотелось бежать без оглядки куда подальше.

Потому что когда дракон смотрит на тебя таким спокойным, равнодушным взглядом, ты шестым чувством понимаешь – он размажет тебя по половым доскам и даже не поинтересуется именем.

Я не знала, как выглядят люди, готовые убивать, но почему-то сейчас мне показалось, что теперь я знаю, какой у них взгляд.

Равнодушный взгляд янтарных глаз.

Демиан

Стоило выйти за ворона академии, как меня отпустило. То глухое отчаяние, что начало пробираться в мое сердце, постепенно истаяло, оставив после себя обычную усталость.

Я шел по улицам столицы, пытаясь сосредоточиться на внутренних эмоциях, пытаясь нащупать ту незримую нить, что должна теперь на всю жизнь остаться со мной, соединив с истинной, но слышал лишь задорный перестук каблучков Шарлотты.

Староста старалась поспевать за мной, и я даже немного прибавил шага из глупого интереса – как теперь будет звучать ее шаг? Девушка сердито сопела, но не скандалила и не требовала идти помедленнее. Гордая, характерная.

Мне это нравилось.

Мы зашли в «очаг», и я выбрал первый попавшийся столик у окна. Шарлотта не спешила вывалить на меня все свои мысли или требования помощи, я же просто рассматривал оживленную улицу за окном.

Казалось, что мир за стеклом живой и светлый, а я падаю в темную бездну.

Если бы не кровь, если бы не титул, я бы мог выбрать себе девушку по душе. Наверное, мы бы жили не так роскошно, скорее всего, у нас бы не было больших свершений, зато у нас было бы что-то более ценное.

Семья, любовь, небольшой домик, дети. Непослушные мальчишки и характерные девчонки. Воображение быстро и беспощадно рисовало эту недостижимую жизнь, и я даже мог увидеть женщину рядом с собой. Почему-то у нее были светлые волосы и пронзительный взгляд зеленых глаз.

– У тебя что-то случилось? – вдруг спросила Шарлотта, и я вынырнул из своих мыслей, словно из темной ледяной воды.

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто ты какой-то напряженный, – неуверенно произнесла Шарлотта, словно застеснявшись этого разговора.

Легкий румянец тронул ее щеки, делая яркую красоту мягче, а девушку – беззащитнее.

– Может, я всегда такой? – спросил, чувствуя, как губы сами расползаются в улыбке.

– А ты всегда такой? – удивилась Шарлотта.

Хотелось сказать, что теперь – да, но к нашему столу подошел какой-то парень с компанией. Я заметил его еще только когда он шагнул в дверь «очага» – от парня тянуло шакальей натурой. Такие всегда доставляют проблем.