— Тема сегодняшнего занятия мины направленного действия. — Инструктор по сапёрной подготовке, майор Алексей Горянинов, несмотря на умение концентрироваться, был рассеян и далёк от проблем минных постановок. Всё дело в том, что среди командного состава бригады уже разошлась информация о попадании в плен группы майора Медведева. Специалисты — тактики полагали, что это была запланированная ловушка, и сейчас штаб бригады совместно с штабом спецопераций армейского спецназа и люди из армейской разведки, работали над планом спасения.

Проблема состояла в том, что в этом районе не имелось дружественных сил, и до точки контакта нужно преодолеть тридцать километров по горам. Как опытный офицер он понимал, что скорее всего наших просто обменяют на не наших, накопившихся в достаточном количестве в России, но общая ситуация ему очень не нравилась. Как минимум потому, что без агентурных данных такую ловушку не построить, а это в свою очередь означало, что где-то в системе «крот»

Ведя занятие, майор поглядывал на Никиту Калашникова. Парень явно школьного возраста, но уже с тремя! госнаградами, и таким ворохом легенд за плечами, что бывалый воин терялся чему верить, а чему нет. Но и правда Никита сильно отличался даже от других офицеров. Ему не требовалось повторять дважды, он имел совершенно запредельную точность и скорость движений, например, успев открутить взрыватель на учебной растяжке раньше, чем хлопнул капсюль детонатора УЗРГМ.

Внезапно течение урока прервал посыльный из штаба.

— Тащ майор, разрешите? — Сержант сверхсрочник коротко козырнул, и увидев разрешающий кивок, преподавателя, шагнул в класс.

— Вольнонаёмный Калашников, вызывается в штаб. Кабинет двадцать восемь.

— Разрешите идти? — Никита встал и бросил взгляд на майора.

— Идите, товарищ Калашников. — Майор отчего-то вдруг понял, что всё что говорили про этого парня может оказаться правдой, и в кабинет, где шла работа над планом операции по спасению группы, его вызывают не просто так. И повинуясь какому-то верхнему чутью, коротко бросил, когда Никита уже шёл по проходу. — Товарищи офицеры. — И люди стазу поняв в чём дело, встали, словно приветствуя старшего по званию.

Калашников прошёл через весь класс и перед тем как выйти, развернулся, и чётко козырнул, коснувшись края берета.

Двадцать восьмой кабинет — представлял собой группу из десятка помещений с огромным вертикальным планшетом в главном зале, залом для совещаний, комнатами приёма пищи и отдыха. Имелась даже своя курительная комната, и маленький спортивный зал, чтобы размяться. Но когда Никита вошёл, офицерам, собранным для решения проблемы, явно было не до разминок.

— Есть спутниковые снимки. — Один из офицеров вошел, и положил стопку фотографий в специальный лоток. И предвосхищая вопросы, мотнул головой. — Нет. Ничего нового.

— Гранит — четыре изменила маршрут, но им ещё трое суток до границы зоны. — Доложил худощавый капитан, с очками на длинном носу. Транспорт с пополнением припасов отправлен.

— Группа Восток — отмена. Они тоже попала в засаду. Командир докладывает, что отбились, но есть раненые. Борт эвакуации вызван.

— Как же всё… генерал-майор покачал головой, бросив взгляд на мужчину в маршальском мундире, спокойно попивавшим кофе, в уголке.

— Да, ладно тебе. — Павел Анатольевич Судоплатов усмехнулся. — Отбились же. А такие игры под низкие ставки не затевают. — Чуть выцветшие, но всё такие же твёрдые глаза уткнулись в Никиту, застывшего на пороге. — Проходи давай, — маршал взмахнул рукой. — Садись, да рассказывай, что там про тебя рассказывают правда, а что нет.

— Никак не могу, товарищ маршал инженерных войск. — Никита подошёл и усмехнулся. — Понятия не имею о чём там народ говорит.

— Ну, положим историю с кап-раз Гурвичем, я очень подробно изучил. Там её хрен подделаешь. Фото культей, акты операций по ампутации и состояние организма в целом… а после, человек проходит медкомиссию, снимает инвалидность и уходит старпомом на авианосец. И парней в «зелёной коме» видел собственными глазами. На тебя знаешь какой толщины дело? Уже три тома. — Главный диверсант Союза рассмеялся. — Но сейчас расклад такой… — Он встал и подошёл к карте.

— В тридцати километрах от города Фахрар, в провинции Кундуз, находится система пещер «Черная паутина». Там сам чёрт ногу сломит, и по нашим данным американцы прячут что-то ценное. Мы планируем, врезать туда БШУ, и пока зенитчики будут утирать кровавые сопли, десантировать тебя на вот эту площадку. — Судоплатов встал, подошёл к столу, и сунул в руки Никите спутниковый снимок где красным фломастером обвели небольшую террасу.

— Чего так сложно-то? — Никита сопоставил снимок и карту на планшете, где были указаны позиционные районы ПВО, и отдельные наблюдательные пункты, со стрелками-зенитчиками. — Я предлагаю прыгнуть со стратега. Прямо с двадцати тысяч. На такой высоте их местная ПВО не достанет, а я появлюсь у них в прицелах буквально на пару секунд. Выстрелить не успеют.

— А, да. У тебя же уже два десятка прыжков. — Припомнил Судоплатов данные по подготовке Никиты. — Ну так-то можно. Собственно твоя задача, чуть придержать их. Чтобы наших парней не вывезли оттуда. Там вертолётная площадка одна, и она будет прямо под тобой. Ты приземляешься на карниз, устанавливаешь облучатель — имитатор зенитно-ракетного комплекса и сидишь там тихо.

— Кстати, а чего я? Работа вроде несложная?

— Так там это чёртово поле. — Маршал поморщился. — Наши вроде с защитой шли, но вот. Не сдюжили. И то, хорошо, что аварийный сигнал послали, да радиомаяк успели включить.