– Хуже. Затерялась в Пути, не вернулась. Что с ней стало там, мы понятия не имеем. Когда её видели последний раз, она была вполне себе жива и здорова.

– И почему же вы не стали ничего писать в отчёте?

– Она же не умерла, - ехидно улыбнулся старый волшебник, глядя на инспектора, затем поднялся из объятий дивана и начал расхаживать взад и вперёд с бокалом в руках.

– Видите ли, физически она не умерла, значит и заявлять Управлению мы не стали. Испытание она не прошла, а потому мы её отчислили. Всё в рамках закона, мы чисты, - развёл Морн руками.

Ганс своим чутьём оперативника чувствовал, что ему явно чего-то недоговаривают. И недоговаривают сильно и много, хотя, чисто технически, не лгут. Хотелось бы выяснить, чего же там такого случилось. Однако вряд ли ему бы это позволили. Ложа даже расу засекретила, как и цель визита в иной план бытия.

– Хорошо, я вас понял, - поднял руки следователь, давая понять, что он принял точку зрения оппонента и претензий по этому вопросу ни у него, ни у Управления не имеется. Не до того было его организации, чтобы решать все вопросы несправедливости или интриг. К тому же он надеялся, что маг ответит на другой вопрос честно. Меньшее зло.

– С этой девушкой всё понятно. А что же с юношей? Эридом.

В этот момент лицо старого волшебника исказила гримаса ненависти и недовольства. Явно было, что ему крайне неприятно вспоминать об этом студенте. Судя по выражению лица, он бы многое мог сейчас выдать такого, о чём мог потом пожалеть, но внутренняя борьба не позволила поддаться эмоциям.

– Я надеюсь, этот разговор останется между нами?

– Если только не будет касаться какой-то важной составляющей дела, - пожал плечами инспектор.
– Но, в целом, наш разговор конфиденциален.

Ганс с невозмутимым видом сидел, облокотившись на мягкую спинку и подлокотник, размеренно попивал вино и активно делал вид, что он весь во внимании.

– Можете считать меня безумным старым магом, но Эрид не является человеком или представителем иной разумной расы Инфинита. Я даже не уверен, что вообще он. Я много изучал существ нашего и потустороннего плана, поэтому могу сделать определённые выводы. Эрид - монстр.

– И вы, конечно же, имеете этому доказательства.

– О да, конечно, - хмыкнул профессор.
– Светящиеся в темноте жёлтые глаза, чрезмерная хладнокровность тела, анализ его крови, демоны меня забери! Он оказался довольно смышлён и силён в магии, не вылетел с первых курсов, что весьма удивительно. Но однажды он пришёл ко мне на консультацию. Было темно, как сегодня, как вы пришли ко мне, я был занят и не сразу обратил на него внимание, но у меня мурашки по спине пробежали, когда я заметил два оранжевых светящихся змеиных глаза, взирающих на меня из темноты. Тёмное зрение. Затем такие же глаза я заметил у одной девчонки, которая вела себя странно, не свойственно ей. Странным образом она находилась в противостоянии с подружкой Эрида. Потом она ничего не помнила из того, что вытворяла. Такой оргии кампус не видывал до сих пор. Столь грязным образом Эрид помогал предмету своей симпатии: обращался её недоброжелателями и портил их репутацию.

– Как звали девушку Эрида?

– Тана Стараг, - немного помешкав, тихо ответил маг.

Ганс только лишь поднял бровь, дескать, удивлён, но догадывался.

– И он знает о том, что там произошло?

– Нет, конечно, - Морн Стормвинд пожал плечами и отпил глоток.
– Раз уж мы сами не в курсе. Но винит он меня и моего друга. Тогда он ворвался к нам в лабораторию, устроил скандал, даже применял магию. Тут же я ему выдал про то, что он монстр, перевёртыш, выдал со всеми доказательствами. Само собой, его научным руководителем никто после такого становиться не захотел и его отчислили. Потом он дерево ещё в саду у библиотеки спалил, хорошо, половину спасти удалось.

– И он затаил обиду. Обиду на вас, на академию, на сокурсников. И, кстати, было, за что обижаться, - вздохнул Ганс.

– Он монстр! Он опасен, вы же сами знаете это!

– Он мог сгинуть на Испытании, как и многие, - ответил инспектор серьёзно.
– Мог отправиться спасать свою возлюбленную и пропасть там вместе с ней. Много чего могло произойти вместо того, чтобы наблюдать свидетельства, что перевёртыши обладают магией. Вы устроили травлю бедолаге. Могли вызвать его к себе и поговорить, вызвать на простой разговор, узнать о его планах на жизнь, предложили бы помощь. Монстра сделали из него именно вы и академия… А нам теперь расследовать целую пачку ритуальных убийств.

Волшебник молчал, но головы не опустил. Он смотрел на инспектора с выражением своей абсолютной правоты. Переубедить его не представлялось возможным, как и получить от него ещё хоть какую-то помощь. Ворон допил вино в повисшей тишине, внимательно всматриваясь в фиолетово-чёрную тягучую жидкость в бокале, после чего встал, поставив стакан на стол. Двинулся к выходу, остановившись почти у самой двери кабины, он повернулся и задал вопрос:

– Кстати, а откуда вы знаете, что Тана жива?

– Её видели на прошлом испытании, - отозвался маг.
– Пытались до неё добраться, но не вышло. У нас есть возможности заглядывать туда и даже говорить с местными. Она жива, но ей там крайне тяжко.

– И Эрид об этом, конечно же, не знает, - едва слышно произнёс Ганс, поглаживая бородку. После чего добавил.
– Перевёртыш убивает, чертит ритуальные круги и достаёт органы. Наш маг утверждала, что он проводит ритуал призыва какого-то существа. Так возможно вернуть Тану?

– Нет, она же не демон. И в Карфе демона не призвать, мы защитили город от несанкционированных вызовов.

– Вы не выступите экспертом в их оценке?

– Нет, я помог вам в частном порядке. С Управлением я не сотрудничаю принципиально. Но сделать для вас я всё же кое-что могу.