Татьяна замолчала, пережидая болезненный спазм в горле. Виктор все еще хмурился:

– А дальше что? Он привяжется к собаке, а ее отдавать? Таня, я не понимаю!

Таня стала терпеливо объяснять дальше. Пока собака подрастает, Ромка, даст Бог, немного оправится, станет гулять, хорошо кушать, сил наберется, а там и время операции подойдет.

Потом еще какое-то время сын проведет в клинике. Собака тем временем отправится на обучение.

– А дальше, Витя, я очень-очень верю, что воспитанная нами собака достанется другому незрячему человеку, а наш сын не будет нуждаться в проводнике! – твердо, будто убеждая саму себя, произнесла женщина.

Муж внимательно посмотрел на нее, размышляя, стоит ли продолжать. И все-таки решился:

– А если… операция не поможет, нам отдадут обученную собаку? Таня, там ведь очередь, распределение… Откуда ты знаешь, что…

– Мы это пропишем в договоре. Скажи, ты поддерживаешь мою идею?

Виктор сомневался. Идея вроде хорошая, и сыну помочь, и вырастить собаку для другого незрячего человека, дело-то доброе. Но в то же время волонтерство – это не так просто, ведь предстоит расставание.

– Поддерживаю, – сказал он наконец, – но с одним условием. Роман должен все знать!

Щенка привезли через две недели. Это был четырехмесячный черный лабрадор. Он сразу принялся активно осваивать новое пространство, обнюхивая блестящие миски и мягкую лежанку, исследуя каждый угол, и смотреть на него было одно удовольствие.

Щенок не переставая крутил хвостом, улыбался открытой пастью и явно мечтал кого-нибудь облизать.

Татьяна заглянула в комнату сына:

– Ром, можно к тебе?

Мальчик лежал на диване с наушниками в ушах, щенок моментально проскочил в приоткрытую дверь, увидел цель для облизывания и через секунду был на диване!

Родители, затаив дыхание, наблюдали за их знакомством…

Выполняя условие мужа, Таня предварительно поговорила с Романом, рассказала все как есть. Мальчик интереса не проявил, на вопрос мамы, как ему такая идея, ответил односложно: «Мне без разницы…» Он всегда так отвечал.

И вот в щеку Роману ткнулся влажный нос, потом щенок принялся его лизать, а Ромка – сопротивляться. Сперва он хмурился, отталкивая щенка. «Совсем как отец!» – думала Татьяна, внимательно наблюдая за выражением его лица.

А мальчик, ощущая руками мягкую щенячью шерсть, уже не отталкивал, а просто тискал неугомонного щенка, пытаясь увернуться от его языка. Вот он не смог сдержать улыбку, она становилась все шире, и через минуту Ромка смеялся, уткнувшись в бархатное черное ухо, а Таня плакала, стоя на пороге.

– Какая радость, какая радость, – твердила она, всхлипывая.

Почувствовав объятия мужа, она уткнулась ему в плечо и разрыдалась. Ее можно понять – она не видела улыбку сына уже несколько месяцев.

Щенка назвали Джой. И он полностью свою кличку оправдывал. Щенок излучал радость всем своим существом, и все, с кем он контактировал, радовались в ответ.

Татьяна серьезно подошла к вопросу воспитания и ухода. Собственно, у нее не было выбора, все пункты были строго прописаны в договоре – длительные прогулки, социализация к людям, другим животным, транспорту.

Гуляли с удовольствием. Как раз началось лето, погода благоприятствовала.

Как Татьяна и предполагала, Ромка щенком увлекся, тоже ходил в парк, играл там с Джоем, бросая ему мяч, тот приносил и подавал точно в руки. Раз в неделю занимались с инструктором, Джой делал успехи.

– Вообще не каждая собака может стать проводником, мы отбираем самых общительных щенков, – говорил инструктор, – и все равно в процессе обучения многих отбраковывают.

Время летело незаметно, Рома был неразлучен с собакой. Иногда они выходили с Джоем на улицу вдвоем, без Татьяны. Возвращаясь, сын возбужденно рассказывал:

– Мам, Джой все понимает! Его даже и не надо в центре обучать, я специально с тротуара в сторону сошел, а он меня назад тянет, представляешь?!

Татьяна радовалась, видя румянец на щеках сына, а отец, глядя на Джоя, потом на Ромку, все чаще хмурился. Однажды за ужином он поднял тему, которой все избегали:

– Сынок, ты ведь помнишь, что в декабре Джой поедет жить в центр обучения собак-проводников?

– Помню, – серьезно ответил сын, – но ведь он вернется, когда пройдет обучение.

Татьяна выронила вилку, а Виктор невероятным усилием воли заставил себя сказать:

– Мы очень надеемся, что не вернется, – испугавшись своих слов, он поспешно добавил: – Я имею в виду, что его навыки очень пригодятся другому человеку… Роман, мы ведь это обсуждали…

– Вот именно, вы это обсуждали! – Ромка выскочил из-за стола, чуть вытянул в сторону руку, Джой тут же поднырнул под нее головой. – Идем в комнату, Джой!