— Слушай, говори по делу, или убирайся, — бросил я, устав от его манер и заигрываний.

— Григорий, я пришел с предложением сотрудничества. Неужели так обращаются с гостем? — его улыбка стала еще шире.

— У нас нет ничего общего, — я всё еще не убирал прищуренного взгляда. — Если ты рассчитываешь, что я помогу тебе с твоим химзаводом, забудь. Ты не на того напал.

Он лишь покачал головой, словно понимал, что слова не убедят меня.

— Да нет, дело не в заводе, — протянул он. — Уже отказался от этого плана. Я пришел за другим.

И тут он поймал мой интерес.

— Что случилось? — нахмурился я, пристально глядя на директора. Он был каким-то странным, напряжённым, будто что-то скрывал. Директор всегда казался мне слишком умным для своего же блага.

— Богатство Фёдора, — проговорил он тоном, будто объяснял очевидное.

— У него было больше денег? — я попытался держать голос ровным, хотя внутри всё напряглось.

— Ты ведь уже поделил его золото между родственниками жертв? — ухмылка на его лице была едва ли не наглее всего, что я когда-либо видел. Этот тип явно знал, куда бьёт.

— О чем ты вообще? Если пришёл не по делу — проваливай, — ответил я, не скрывая раздражения. Не хватало, чтобы он тут над душой стоял со своими подколками.

— Не спеши, — директор замахал руками. — Послушай, я не ради того здесь. Мне плевать, кому ты отдал золото, но мне стало известно, что тебе нужны деньги. Не ошибся ведь? Тебе же нужны деньги, чтобы землю на побережье моря прикупить?

— Директор, смотрю, ты отлично осведомлён, — я прищурился. Этот человек явно знал обо мне больше, чем я о нём.

— Это даже не секрет, — хмыкнул он. — Все уже в курсе, если честно. Мне и напрягаться особо не пришлось, чтобы информацию раздобыть.

— Значит, решил прийти сюда, чтобы связи свои мне продемонстрировать? — мой голос звучал чуть жестче.

— Конечно, нет, — он усмехнулся. — Я хочу работать с тобой. Найти оставшееся богатство Фёдора.

— Ты хочешь сказать, что у него ещё осталось золото?

— Не золото, — его голос стал чуть тише, как у рассказчика в преддверии кульминации. — Вторая половина его сокровищ — это произведения искусства, коллекция, о которой мало кто знал.

— Что-то я тебе не верю, — ответил я, не смягчая взгляда. Да, деньги мне нужны, и срочно, но вот голову терять из-за этого я не собирался. Тем более ради того, чтобы плясать под чью-то дудку.

Директор явно не дурак — просто так делиться с кем-то он не станет. За его показной готовностью к сотрудничеству стояла какая-то хитрость. Слишком умён, чтобы рисковать без выгоды для себя.И тут этот умник положил руку мне на плечо. Боль резанула. Я на автомате влепил ему кулаком в лицо.

— Ах! — директора откинуло назад, кровь залила рот. — Ты что, убить меня решил? — Он схватился за лицо, зубы выпадали один за другим.

Я зло посмотрел на него:

— Чем ты меня уколол?

Директор зажимал рот, корчась от боли.

— Недоразумение… недоразумение… Использовал Жало Тени. Просто больно сделать хотел.

Он явно не ожидал, что я так быстро и жестко среагирую. Удар пришелся как раз по зубам. Да уж, повезло ему, что я не сломал ему шею.

— Ты колдун, значит, — я прищурился.

— Ах, черт… — он сквозь боль пытался говорить. — Почему ты так сильно бьешь?

— Ты сам меня атаковал, что ты хотел? Рефлексы.

Мой удар явно был мощнее, чем он ожидал. Ему еще повезло, что остался на ногах. Не уверен, сколько зубов у него осталось.

— Если не хочешь сдохнуть, больше не вздумай повторить это, — я с угрозой посмотрел на него.

— Ты ведь тоже маг, да? Но почему ты такой сильный?

— А тебе-то какое дело?

— Ладно, скажу правду. Другая часть сокровищ Фёдора — настоящие шедевры. Миллиарды стоят. Но я сам не смогу их достать. Поэтому и пришел к тебе.

— А что мешает тебе?

— Фёдор хитро все спрятал. Там защита стоит, и я не могу ее обойти в одиночку. Раз уж ты сумел уложить Фёдора, значит, сильнее его. Вместе мы сможем забрать все его богатства.

Я не смог устоять. Миллиарды— это не шутки. Хотя не сказать, что я доверял ему на все сто. Он хитрец, да и особо близки мы не были.

Директор химзавода — та ещё лиса. Не люблю связываться с такими «умниками».

— Где эти вещи? Как делить будем? — поинтересовался я, зная, что сейчас он выдаст что-то мерзкое.

— Мне 80%, тебе остаётся 20, — он даже не пытался скрыть свою жадность.

Я ухмыльнулся и уже тянулся к двери.

— Прощай, — сказал я, захлопывая её. Ну, серьёзно, 20%? Он что, думает, что я соглашусь на эти крохи?