— Мы собрались здесь, чтобы почтить и наградить выдающихся людей нашей Империи! — начал он свою речь. — Иннокентий Гранатов, — услышав своё имя, поднялся мужчина, сидевший впереди меня. Сухощавый, в недорогом костюме, возрастом лет за пятьдесят. Он замер на месте, как будто не веря в происходящее и боясь шелохнуться.

— Выйдите к нам, — с улыбкой произнёс Романов.

Мужчина неуверенно двинулся к сцене. Спикер продолжил:

— Награждается званием «Почётный учитель». Вручается премия в размере двадцати тысяч рублей! Поздравляю!

К этому моменту тот дошёл и слегка дрожащими руками принял папку. Николай Алексеевич пожал ему руку и что-то сказал.

— Служу Империи! — громко выкрикнул почётный учитель и вернулся на место.

Дальше всё пошло по накатанной. Вызывали по одному, вручали кому грамоту, кому значок, кому денежную награду. Здесь были и врачи, и люди, совершившие подвиг, спасшие жизни. Были и аристократы, которых награждали кого за меценатство, кого за строительство больниц на свои средства. Дошла очередь и до меня.

— Шувалов Виталий, — услышав своё имя, я поднялся и с гордо поднятой головой подошёл к Императору, — за уничтожение прорыва и очистку алтаря награждается родовой землёй! Территория, очищенная от прорыва, передаётся роду Шуваловых.

Я стоял лицом к залу и ловил удивлённые взгляды собравшихся. Решив, что речь закончена, потянулся руками к папке, но Романов с улыбкой покачал головой:

— Это ещё не всё, — тихо произнёс он.

— Шувалов Виталий является паладином Аннулета. Он продолжает работать на благо Империи и очищать алтари! — продолжил спикер. — Поэтому его Императорское Величество дарует ему княжеский титул! Отныне род Шуваловых является княжеским, поздравляем! — Мужчина пожал мне руку и вручил, наконец-то, папку.

— Поздравляю, — пожал мне руку Николай Алексеевич, — продолжай служить на благо Империи, и мы тебя вознаградим!

Вернувшись на место, я с трудом досидел до окончания церемонии. Я теперь князь! Понятно, что это, скорее всего, аванс от Императора, но, сам того не ожидая, я вдруг оказался наравне с высшей аристократией. Да, у меня нет длинной родословной, мой род пока молод и беден, но начало положено. А деньги — дело наживное.

Другой человек на моём месте бы радовался, я же, скорее, был озадачен. Понятно, что таким образом покупают мою лояльность, но главный вопрос: «Оно мне надо?»

Да, многие меня не поймут, но мне хотелось просто жить, петь песни, выступать с концертами. Не слишком достойная жизнь для аристократа, но для обычного парня — мечта. Меня же толкают в высшее общество, в котором я не разбираюсь. Боюсь, там слишком легко утонуть. Тем более, не зная течений и подводных камней. Нет у меня политических амбиций.

После окончания церемонии награждения нас провели в соседний зал, где был накрыт небольшой фуршет. Вдоль окон стояли столы с перекусом, а по залу ходили официанты с подносами, уставленными бокалами с шампанским.

Я съел пару бутербродов, разглядывая людей. Мне было откровенно скучно. Никого из собравшихся я не знал, и заговаривать со мной никто, судя по всему, не собирался. В центр зала вышел мужчина, что до этого сопровождал императора, и сообщил, что все желающие приглашаются на экскурсию по Кремлю. Подойдя к нему, я сказал, что хотел бы пойти, после чего один из гвардейцев проводил меня на первый этаж, где уже дожидался Самохин. Быстро выйдя из здания, мы сели в автомобиль и выехали из Кремля.

— Как всё прошло? Что-то тебя долго не было, — поинтересовался Сан Саныч, уверенно ведя машину по московским улочкам.

— Встречался с императором и его правой рукой, Скуратовым, — признался я, с улыбкой глядя на удивлённое лицо начальника моей СБ, — поговорили кратко, после чего меня, видать, сочли достойным. Вручили земли, которые я очистил от прорыва. Теперь они родовые. Ну и… возвели меня в князья. Вот так — просто и буднично.

— Оу, вы теперь князь! Теперь только на «вы», ваше сиятельство, — усмехнулся он, — поздравляю! Думаю, с таким титулом с желающими присягнуть вашему роду проблем не будет.

— Спасибо! — поблагодарил его я. — Как-то это всё слишком внезапно. Вроде, ничего ж особенного не сделал. А тут раз — и в князья попал. Надо ещё узнать, что мне это даёт, и какие обязательства накладывает.

— В этом ты прав, — Самохин вернулся к нормальному обращению, — по правилам, в княжеском роду должно быть, как минимум, четыре «мастера». Ещё ты обязан участвовать раз в год в княжеском сходе. А земли твои тоже теперь имеют статус княжеских?

— Не знаю, — я открыл папку и вчитался в бумаги. Среди них находилась карта, на которой были очерчены границы моих земель, но статус стоял просто «родовой». Слово «князь» нигде не упоминалось, — вроде, нет. А что?