За длинными кустами бросаем телегу Товера с запряженной лошадью, нам она не нужна, а вот ему уже вряд ли понадобится по жизни.

Я посылаю Шнолля на лошади заехать на самую высокую точку, эту песочную гору, чтобы посмотреть вокруг.

Однако он возвращается через пару минут и докладывает, что вокруг видны только кусты, никаких высоких деревьев нет в помине почему-то.

Все, как я и ожидал, похоже, что мы оказались в настоящей западне.

.

— А на что этот берег похож? Сами подумайте.

Я пока отправляюсь на тот самый песчаный холм, который неспроста так возник посередине этого плоского плато. Есть там какая-то большая хрень, какой-то камень или остатки сооружения.

Интересно, конечно, только раскопками древности нет времени заниматься.

Не спеша лезу на холм, чтобы посмотреть вдаль, пока остальные попутчики приводят в порядок упряжь, отгоняют самых настойчивых насекомых из тех, прицепившихся еще с болота.

Поднимаюсь на самое высокое место, смотрю по сторонам, затем оборачиваюсь еще. Явно не хватает хорошего бинокля, однако вокруг холма я вижу только такой же пологий берег с шапками невысоких кустов. Похоже очень, что эту местность по весне здорово топит и поэтому тут не растут деревья, только цепкие и живучие кусты могут здесь выживать.

Не видно никакого леса, а должно бы уже показаться на глазах такое количество деревьев, если два часа хода, это километров шесть-семь по такому песку. Даже меньше будет, не больше пяти проедем по такой почве.

Наврал про лес наш проводник, значит, есть еще какая-то заподлянка в его словах и обещаниях.

Внезапно меня вдруг качнуло, закружилась голова, я даже присел на задницу на секунду.

Непонятное явление, первый раз в жизни почувствовал себя таким беспомощным. Точно могу свалиться с этого холма вниз, благо, что просто скачусь по песочным склонам до самого низа.

Однако времени раскисать вообще нет, у нас большие проблемы с маршрутом, усугубляемые тем, что вокруг нас вызывающее ужас болото. Похоже, что теперь оно со всех сторон.

Поэтому я быстро возвращаюсь к своим и говорю, что ничего с холма не видно, никакого леса в округе точно нет.

— Ну, ехать куда-то тоже пока нет смысла, просто время тратить. Может, придется еще спешно возвращаться обратно на тот берег. Время терять не будем, разводите костер небольшой, посмотрим, как наш Товер петь будет.

— Что он нам расскажет в свое оправдание? Что завел куда-то не туда? И наврал с три короба?

Тот сразу зашевелился на телеге, понимает, что дело пахнет пытками всерьез.

— Ну, что? Родимый наш Товер! Готов признаться в своих грехах самостоятельно? И рассказать всему честному народу, что ты замыслил с нами сделать?

— Не знаю, о чем ты говоришь, сэр рыцарь! — сразу же затарахтел проводник, вертя по сторонам головой в поиске поддержки от зрителей. — Нет на мне никакой вины! Привел, куда и обещал!

Ну, на суровых лицах наемников и лучниц он никакого сожаления не увидит, зря это только старается.

— Так и леса тоже нет! Никакого! А ты его обещал? Значит, наврал!

— Да дальше он, ошибся я, три часа ехать до него ехать! На таком расстоянии не разглядеть! — упирается Товер по-прежнему.

Можно конечно легко проверить его слова, пустившись быстрее вперед, только через два часа темнота наступит, никакого леса уже точно будет не разглядеть. А мы останемся посередине болота с не переводящимся здесь гнусом. Понемногу насекомые и сюда начинают залетать, привлеченные горячей кровью и потными телами, судя по все чаще хлопающим ладоням моих товарищей. И крутящимся без перерыва хвостам наших животных

А что тут ночью твориться будет? Лошади точно взбесятся!

Вопрос с маршрутом необходимо решить быстро, минут за десять, а это значит, что придется прибегать к пыткам разумного существа.

Только это существо завело нас в самую что ни на есть задницу, поэтому — никакой жалости и лично внутренней слабости к врагам государства!

— Не вопрос, мы-то проедем это расстояние! С тобой вместе! Только не верю я тебе ни на грош. А значит придется все же тебя сурово поспрошать! С горелым мясом и отрезанными частями твоего, пойми, твоего тела! — пугаю я мужика.