— Вот, — промямлил парень, продемонстрировав указательный палец с трепещущим язычком пламени.

— Ладно, как твое имя, человек-зажигалка? — вздохнул Рафаэль Игоревич.

Парень назвался, после чего встал в строй, и к Шилову отправился следующий юнец.

Из нашей четвёрки первым к Шилову направился Стрижов, и он продемонстрировал два атрибута третьего уровня. Средний результат, учитывая, чем владели другие новички.

После Стрижова к Рафаэлю Игоревичу подошёл Румянцев.

— Ну вот! Пусть всего один атрибут, но зато какой, седьмой уровень! — радостно выдал тренер, глядя на камень, ярко заблестевший на артефакте, едва налезшем на толстое запястье здоровяка. — Хоть один орёл среди воробьёв! И что у тебя за атрибут?

— «Каменный доспех», — скромно, но не без гордости пробасил Доброслав, почти на целую голову возвышаясь над мужчиной.

— Молодец, настоящий «танк»! — похвалил парня Шилов и записал его имя.

Румянцев вернулся в строй, держа морду кирпичом. Он совсем не обращал внимания на завистливые взгляды новичков, большая часть которых уже подходила к тренеру.

Вот настала и моя очередь.

Пряча усмешку, я напялил браслет-артефакт, на котором ярко вспыхнули четыре камня. Новички ахнули.

Рафаэль Игоревич нахмурился и мрачно проронил:

— Ошибка какая-то. Кажется, всё-таки сломалась моя прелесть. Это всё из-за вас, бестолочи криворукие, разорви вас Чернобог! Ну-ка снимай браслет, парень, и передай его мне.

Я так и сделал.

Шилов надел артефакт на своё запястье, и камни показали, что тренер владеет пятью атрибутами. Три первых оказались максимального уровня, следующий — пятого, а последний — третьего.

— Нет, вроде работает, — пробормотал Шилов и вернул мне артефакт. — Надень.

— Легко, — ухмыльнулся я и снова напялил браслет.

Он опять показал четыре атрибута максимального уровня.

Но вообще-то, я владел большим количеством атрибутов. Просто артефакт «не видел» их по причине того, что я ещё не использовал их, находясь в этом теле. А как только я хоть раз вызову «новые» атрибуты, так артефакт сразу же покажет их наличие.

— Та-а-к, — изумлённо протянул тренер и почесал затылок сквозь длинные чёрные волосы, поблескивающие в свете прожекторов. — Чего-то я не понял.

— Да чего тут понимать? — вздохнул я, чувствуя, как львиная доля новичков страстно желает, чтобы заартачившийся артефакт потух, оставив максимум парочку еле светящихся камней. — Эта золотая побрякушка всё верно показывает.

— Что-то не верится, — скептически посмотрел на меня Шилов, криво усмехнувшись.

Кадеты за моей спиной тоже зашептались с явным недоверием.

Мне пришлось в мгновение ока создать пару иллюзий самого себя. Причём иллюзий хороших, качественных. Со стороны их было не отличить от меня.

— Допустим, «иллюзия» седьмого уровня есть, — просипел тренер, взволнованно облизав губы. — Давай ещё, паренёк, обрадуй меня!

Я телепортировался ему за спину, а потом на пару метров в сторону.

Рафаэль Игоревич мигом сжал свободную руку в кулак. А пальцами другой он так вцепился в папку, словно собирались проткнуть её.

— Телепортация! — жарко выдохнул мужчина и шумно сглотнул. Его кадык прыгнул вверх-вниз, потревожив загорелую кожу.

— А теперь особо впечатлительных я попрошу отвернуться, — с усмешкой проговорил я, глянув на смертных.

Конечно, никто из них не отвернулся. Все уставились на меня, как на Перуна, спустившегося к ним в своём самом ошеломляющем обличье, да ещё с бубном на шее и ручными цыганами.

— Тогда смотрите и рассказывайте потом друзьям за кружечкой пива, — подмигнул я кадетам, снял пропотевшую футболку и бросил её в сторону.

Следом выставил левое предплечье и правой рукой швырнул в него «взрыв энергии».

Народ ахнул, кто-то зажал рот ладонью. А в широко распахнувшихся глазах Шилова отразилась зелёная вспышка, до кости разорвавшая моё предплечье.

На песок щедро упали ошмётки плоти и капли крови. Но я даже не поморщился, хотя боль стеганула по нервам совсем не шуточная. Моё предплечье будто познало встречу с сотней кожаных плетей с загнутыми стальными крючьями.

— Мать сыра земля! — потрясённо выдохнул один из новичков, глядя, как новая плоть быстро покрывает мою руку.

Несколько мгновений — и предплечье снова вернулось в прежнюю форму. Только кровь и куски плоти на песке напоминали о том, что произошло, да ещё вытянувшиеся лица остолбеневших сокурсников.