Я приветливо кивнул ему, а этот пес бескультурный никак со мной не поздоровался. Он словно боялся, что стоит ему хотя бы кивнуть, на миг потеряв мою тушку из поля зрения, как тут же появится Маммона и превратит меня в кровавую кашу. Признаться, я сам слегка опасался этого, посему всегда был настороже.

— Ректору не ври, а говори только правду, — вдруг разлепил губы мой проводник, нырнув в главный корпус.

— Вы же помните, что я дворянин, а называя меня лжецом, нарываетесь на дуэль?

Мужчина бросил на меня злой взгляд и открыл рот. Однако потом захлопнул его и молча пошел по богато обставленным коридорам, резко контрастирующим с нищетой нашего общежития.

Я будто из Тартара попал во дворец Аполлона. Тот тоже любил произведения искусства, а здесь их оказалось хоть одним местом кушай: и статуи, и картины, и мебель. Даже дверь кабинета ректора была украшена затейливой резьбой.

Проводник постучался и получил разрешение войти, но сам входить не стал, а многозначительно посмотрел на меня.

Я пожал плечами и вошел в кабинет, напоминающий лавку антиквара.

— Александр Громов? — вопросительно изогнул бровь благообразного вида седовласый крепкий старик в золотом кителе.

Он восседал за массивным рабочим столом, глядя на меня ясными голубыми глазами, придающими ему вид всепонимающего мудреца.

— Он самый. Доброе утро, господин ректор, — проговорил я и, следуя радушному жесту смертного, уселся на резной стул напротив его стола.

— Граф Игнат Порфирьевич Багряный, — представился аристократ и лукаво усмехнулся. — Вот решил собственными глазами посмотреть на такое чудо света, как вы. Расскажите о себе, Александр. О вашем даре, семье и почему раньше вы были… кхем… не так хороши в дуэлях. Мне уже кое-что поведали о вас, что, если честно, сбивает меня с толку. Сейчас передо мной сидит дерзкий молодой воин, уверенный в своих силах настолько, что может и мне бросить вызов. А вот прежде… прежде вы были другим.

Я вздохнул и вывалил на ректора ту самую байку, выдуманную Громовым. Шилов слопал её с удовольствием. Но Багряный вроде бы не до конца поверил, но все же кивнул и одобрительно заметил:

— Да, ваш дедушка поступил очень мудро, приказав вам скрывать свой дар. Очень ловкий ход. А то, знаете ли, Александр, многие юные маги теряют голову, когда на них сваливается такое магическое богатство. В истории уже бывали подобные случаи. Велес несколько раз одаривал дворян из не очень известных семейств весьма мощными атрибутами. Так вот, как минимум один такой счастливчик сошел с ума, второй превратился в форменного маньяка, а третий вообще переметнулся к богам Хаоса.

— Да? А я вот и чувствую, что мне с ума сойти хочется да пустить кому-нибудь кровь, а потом и к хаоситам присоединиться.

— Ха-ха, — весело засмеялся ректор, демонстрируя крепкие белые зубы, которым бы и молодые смертные позавидовали. — А вы молодец, Александр. Не тушуетесь. Не хотите чаю или кофе? Секретарша сейчас принесет. Она уже должна была прийти на свое рабочее место.

— Нет, спасибо. Меня ждет чудесный завтрак в общежитии для «мяса», — иронично сказал я.

— Я понимаю, на что вы намекаете, — тяжело вздохнул Багряный, поджав губы. — Но не могу ничего изменить. Таковы традиции. Не мне их менять. Да и, признаться, денег на академию выделяют не так уж и много. Можно сказать, мы живем за счет средств, что дают нам отцы наших высокородных кадетов. Потому так все и получается. Знаете, Александр, я бы очень хотел перевести вас в общежитие получше, но не могу этого сделать, не навлекая на себя гнев покровителей академии. Да, вы безмерно талантливый юноша, но не очень знатный. А в нашем несправедливом мире происхождение имеет большое значение.

— Ясно. А если я за свой счет захочу улучшить условия в общежитии «мяса», мне это будет позволено?

— Поговорите с бароном Орловым. Он заведует вашим общежитием, а я на его территорию не лезу, — проникновенно сказал ректор и доверительно добавил, подавшись ко мне: — Барон до мозга костей воин, а я из другого теста, так что мы с ним не очень ладим.

— Поговорю, — заявил я и встал со стула.

— Да, да, вы можете быть свободны, Александр. Я рад нашему знакомству. Вы точно будете одним из самых выдающихся выпускников нашей академии.

Ректор пожал мне руку.

Я вышел из его кабинета и оказался в приемной, где за столом сидела эффектная секретарша. Она явно пришла сюда минуту-другую назад, потому удивленно глянула на меня и ойкнула от неожиданности.

— Не пугайтесь. Я вас не съем и не оставлю без матери ваших детей. Это же их рисунки, — указал я пальцем на мазню в золоченых рамочках, висящих на стене.

— Это шедевры кисти Кринского, — пробурчала она, бросив на меня уничижительный взгляд. — Современное искусство.

— В этой приемной есть только один шедевр. И это вы, — подмигнул я ей и вышел вон.

Кабинет ректора академии графа Багряного

Старик довольно улыбнулся, налил себе воды из хрустального кувшина, одним глотком осушил стакан и вытащил из кармана кителя сотовый телефон. Потыкал ухоженным ногтем кнопки и приложил трубку к уху.

— Доброе утро. Хочешь новость? — сказал граф, откинувшись на спинку кожаного кресла. — В моей академии появился уникальный новичок. Четыре атрибута максимального уровня. Да, да, ты не ослышался. Притом он не какой-то балбес, а уже натренированный маг. Шилов мне вчера о нем все уши прожужжал. Впечатлил он его, впечатлил. А самое главное, знаешь, что? Он из рода Громовых. Слышал о таких? Нет? Вот и я о них не слышал до сего дня, а все потому что они нищеброды. Да и род их совсем не знатный. Чувствуешь, куда ветер дует? Самое время соблазнить этого юнца деньгами, роскошью и посулить выгодную партию. У тебя сколько дочерей? Есть свободные? Тогда дерзай. Твоему роду он совсем не повредит. А чтобы этот юноша был посговорчивее, я устрою ему «веселую» жизнь, дабы он всем сердцем возжаждал получить твое покровительство и войти в «элиту». Нет-нет, не погибнет он, за ним будут приглядывать. И, конечно, я только тебе о нем рассказал. Но ты же сам знаешь, как быстро разлетаются слухи. Уже завтра о нем будет знать весь Стражград, а послезавтра Петроград. Поэтому пошевеливайся. И помни, кто тебе поведал о нем. За тобой должок.