Сначала Асмодей хотел играть по-крупному и завладеть телом самого императора. Но сделать это было непросто и довольно рискованно. Слишком сильная и волевая личность, что немного удивило князя Ада, которая никогда не позволила бы падшему ангелу рулить своим телом. Поэтому пришлось долго присматриваться к окружению его величества, пока его выбор не остановился на князе Безносове.

Во всём этом был определённый плюс: бывшие пернатые родственники не могли зафиксировать его прогулки по человеческим реальностям. Так что можно было без помех разузнать, что здесь происходит, и как во всё это оказался замешан тринадцатый. По последним данным, он находился как раз в этом Аввакумово. И вроде гулял не так давно по Мёртвым пустошам, где сгинул в это же самое время элитный отряд демонов. А потом можно будет немного повеселиться, когда полностью освоится, не без этого.

Асмодей снова посмотрел в зеркало, и глаза в очередной раз блеснули красным. Так, нужно держать себя в руках. Ещё не время раскрывать свою сущность. И он мрачно улыбнулся, вернувшись к прерванному занятию.

Я лежал на диване в крошечной ординаторской и читал нечто чрезвычайно увлекательное под названием «Военная клиническая токсикология» А. Ф. Шепеленко, хотя сейчас с удовольствием занялся бы чем-нибудь другим, например, начал приводить тело в порядок и натаскивать себя в магии. Ну не всё же на демоническую ауру надеяться. Она, увы, не во всех случаях могла помочь.

Вот только я не мог покинуть больницу, пока не прислали бригаду опытных врачей для круглосуточного наблюдения за цесаревичем. А заниматься здесь — ну это такое себе…

В ординаторскую вошла Настя и села на стул возле дивана, на котором я валялся. Она долго смотрела на меня, а потом наклонилась и немного приподняла книгу, чтобы прочитать название.

— Ты почему домой не идёшь? — спросил я девушку, роняя книгу на живот.

— Не знаю, — она пожала плечами. — У меня такое чувство, что мы все здесь должны оставаться.

— На самом деле нет, — я рассматривал её. Не красавица, но хорошенькая. Хотя я до сих пор не понимаю, почему родители её не смогли отбить и позволили отправить сюда. — Ты точно не обязана сидеть и ждать, когда же Великий князь помирать начнёт. К тому же он молодой и сильный. А ещё он очень сильный маг, и, кто бы что ни говорил, но наличие источника и текущей по каналам энергии существенно ускорит его выздоровление. Так что иди домой. Завтра понедельник, нас и так ждёт тяжёлый день. А так хоть ты отдохнёшь.

— Пожалуй, я побуду немного здесь, — подумав, сказала Настя. — Ты есть хочешь? Девочки сказали, что минут через десять можно будет в буфет подойти.

— Хочу, — я прислушался к себе. Есть не просто хотелось. Вот прямо сейчас, когда мне об этом напомнили, желудок заурчал, напоминая, что его не кормили уже хрен знает сколько времени.

Я встал с дивана и потянулся. Рубаха хирургической пижамы задралась, и Настя бросила быстрый взгляд на обнажённую полоску кожи живота. Я же сунул ноги в тапки и подошёл к зеркалу. Сам не знаю почему, но, вернувшись из дома, сразу же надел костюм. И ведь он мне категорически не нравился, но я не мог отрицать, что в нём удобно, особенно если планируешь здесь застрять надолго.

В буфете находились только дежурная медсестра, санитарка и Саша. Вместе с нами зашёл его отец.

— Сейчас на посту Наталья Сергеевна и вон, Сашка. — Старостин кивнул на сына. — Наташа сказала, что первые сутки сама подежурит. Ну опыта у неё не занимать, она с Савиным начинала работать. Вот это хирург был, как говорится, от бога! М-да-а. Бывало на его пациентов смотришь и начинаешь думать, что целительская магия существует. А ты чего здесь? — он повернулся к Сашке.

— Меня Наталья Сергеевна поесть отпустила, — он плюхнул себе ароматного супа из большого ведра и сел за стол. — Ну и денёчки! Давно таких не было, — протянул он, и все старожилы согласно закивали.

Нам с Настей протянули тарелки, и я тут же приступил к обеду, стараясь не суетиться и есть не спеша. И кто говорит, что больничная еда плохая? Очень даже вкусная, особенно с голодухи. На некоторое время в буфете воцарилась тишина, прерываемая лишь стуком ложек о тарелки.

— Владимир Семёнович, вызов, — в буфет заглянула незнакомая девушка.

— Что там? — спросил Старостин, быстро доедая суп.

— Не знаю. Говорят, боль в плече, — пожала плечами девушка.

— Не люблю такие формулировки, — старший фельдшер передёрнулся. — На самом деле там может быть всё, что угодно. Ладно, я поехал, адрес на столе?

Девушка кивнула, переводя взгляд на меня.

— Денис Викторович, там в приёмнике пациентка с низким давлением, по самообращению поступила, раньше трогать вас не стали, ситуация не критическая, — проговорила она. — Думали домой отправить, но анализы готовы, немного смущают, вам бы посмотреть, — она отвернулась и принялась накладывать себе картошку, чтобы утащить на свой пост рядом с телефоном и поесть.

— Я доесть могу? — прорычал я. Вот почему нельзя было сказать об этом раньше, пока мне нечем было заняться, и я прохлаждался в ординаторской?